
Russian: 
К этому времени, 100 лет назад ,Германская империя потеряла все свои колониальные владения.
Ну, за исключением одной территории, за которую она цепко держалась. Речь идет, конечно же, о
Германской Восточной Африке.
Я Инди Найдел. Добро пожаловать в специальный эпизод Great War, посвященный Германской Восточной Африке в
Первой мировой войне.
Германская Восточная Африка располагалась на территориях современных Танзании, Руанды, и Бурунди, и граничила
с другими колониями - Британской Восточной Африкой, Бельгийским Конго, и Португальской Восточной Африкой,
поэтому, когда началась война, Германская Восточная Африка оказалась во вражеском окружении.
Я не буду глубоко углубляться в предвоенный период истории этого региона, но я хочу
упомянуть Карла Петерса. В 1884 г. Петерс основал Общество германской колонизации
выступавших за приобретение Германией колоний. В это время подходила к концу "драка за Африку"

Czech: 
Před sto lety, touhle dobou, Německé císařství
ztratilo všechna svá koloniální území.
Tedy, všechna až na jedno,
ale to si bude houževnatě držet.
Samozřejmě, že mluvím o Německé východní Africe.
Jsem Indy Neidell. Vítejte u speciálního dílu Velké války
o Německé východní Africe za 1. světové války.
Německá východní Afrika pokrývala to,
co je dnes většina Tanzanie, Rwandy a Burundi,
sousedila, kromě jiných, s Britskou východní Afrikou,
Belgickým Kongem a Portugalskou východní Afrikou.
Takže jakmile válka opravdu propukla, Německá
východní Afrika byla v podstatě obklíčena nepřáteli.
Nebudu se moc nořit do předválečných
dějin regionu, ale zmíním Carla Peterse.
V roce 1884 Peters založil Společnost
pro německou kolonizaci,
skupinu, která byla zaměřena 
na získávání německých kolonií.
Tohle byl konec rvačky o Afriku,

English: 
By this time 100 years ago, the German Empire
had lost all of its colonial possessions.
Well, all save one, but it would cling tenaciously
to that one. I’m talking, of course, about
German East Africa.
I’m Indy Neidell; welcome to a Great War
special episode about German East Africa in
the First World War.
German East Africa covered what is today much
of Tanzania, Rwanda, and Burundi, which bordered-
among other colonies- British East Africa,
the Belgian Congo, and Portuguese East Africa,
so once the war really got going, German East
Africa was basically surrounded by enemies.
I’m not going to delve into the pre-war
history of the region very much, but I will
mention Carl Peters. In 1884, Peters founded
the Society for German Colonization, a group
dedicated to acquiring German colonies. This
was the late time of the scramble for Africa,

English: 
when many European nations were trying to
carve out their own chunks of the continent.
That year, Peters went to Africa and signed
treaties with several tribal chiefs offering
them “protection” in exchange for sovereignty
and the following year created the German
East Africa Company.
Now, German Chancellor Otto von Bismarck was
opposed to Peters’ colonial plans and gave
him no backing. Bismarck didn’t want to
potentially sour relations with the British
and wasn’t a colonization fan in general,
but when Peters threatened to sell his acquisitions
to Belgium, Bismarck, and his pro-colonial
National Liberal allies in the Reichstag gave
in and gave Peters an imperial charter.
Peters turned out to be an unsavory character,
to say the least. In 1891 and 1892 he was
in German East Africa as Reichskommissar,
ostensibly to help delineate the border with

Russian: 
когда многие европейские государства пытались оттяпать себе свой собственный кусочек континента.
В этот же год Петерс направился в Африку и заключил ряд договор с несколькими местными вождями, предлагая
им "защиту" в обмен на предоставление контроля над территориями, и на следующий год было создано Германское
Германское восточно-африканское общество.
Канцлер Германии Отто фон Бисмарк был против колониальных планов Петерса и не оказал
ему поддержки. Бисмарк не желал возможного ухудшения отношения с британцами
и не был сторонником колонизации вообще, но когда Петерс пригрозил продать все свои приобретения
Бельгии, Бисмарк, и его союзники из национально-либеральной партии, являющиеся сторонниками колонизации, в Рейхстаге уступили
Петерсу и предоставили ему имперскую грамоту, официально одобряющую его деятельность.
Стоит отметить, что Питерс оказался, по меньшей мере, отвратительным человеком. В 1891 и 1892 гг. он был
рейхскомиссаром в Германской Восточной Африке, под видом оказания помощи в установлении границы

Czech: 
kdy se hodně evropských národů pokoušelo
urvat si svůj vlastní kus tohoto kontinentu.
V ten rok Peters odjel do Afriky, kde podepsal
dohody s několika náčelníky kmenů,
ve kterých jim nabídl „ochranu“ výměnou za suverenitu
a následující rok založil Německou
východoafrickou společnost.
Německý kancléř Otto von Bismarck byl proti jeho
koloniálním plánům a vůbec ho nepodporoval.
Bismarck nechtěl potenciálně zhoršit vztahy s Brity
a nebyl ani celkově příznivcem kolonizace, ale když
Peters hrozil tím, že své akvizice prodá Belgii,
Bismarck a jeho prokoloniální národně-liberální
spojenci v Říšském sněmu
kapitulovali a dali Petersovi imperiální chartu.
Z Peterse se vyklubala nechutná osobnost, mírně řečeno.
V letech 1891 a 1892 byl v Německé
východní Africe jako říšský komisař,
údajně, aby pomohl vyměřit
hranice s Britskou východní Afrikou,

Czech: 
ale choval se brutálně k místním obyvatelům.
Místní dívky si bral jako konkubíny
a když si jedna z nich něco začala s jeho sluhou,
Peters je oba dva nechal popravit a
zničil jejich vesnice. Takovéto věci.
Není třeba říkat, že to vyprovokovalo
nepřátelství místních a Peters byl odvolán.
V každém případě následující čtvrtstoletí německé
vlády bylo obdobím častého neklidu a válek.
V jeden okamžik místní kmen Hehe uštědřil
německým Schutztruppe, ochranným silám,
ponižující porážku a Němci na to
odpověděli invazí na jejich území,
ničením polí a úrody, aby způsobili hladomor,
a braním žen a dětí jako odškodného.
Hehe začali gerilovou válku
a konflikt se táhl po celá 90. léta.
Mezi roky 1905 a 1908 probíhala 
totální válka, povstání Maji-Maji,
ve kterém se bez ohledu na etnické a kulturní
hranice kmeny proti Němcům sjednotili.
Němci odpověděli stejně jako předtím.

Russian: 
с Британской Восточной Африке. При этом он был жестоким по отношению к местным жителям - он брал девочек к себе в наложницы
и когда он обнаружил одну из них вместе со своим слугой, Петерс  казнил их обоих,
а их деревни уничтожил. Вроде того. Излишне говорить, что подобные действия спровоцировали местные племена,
и Петерс был отозван.
Во всяком случае, следующая четверть века немецкого владычества в регионе была периодом частых волнений и войн.
В один момент местное племя - Хе-хе, нанесло поражение the German Schutztruppe - местным силам обороны
и немцы отреагировали на это вторжением на их территорию, уничтожением полей
и урожая, что вызвало голод, и захватом женщин и детей в качестве трофеев. В ответ на это, Хе-хе
перешли к партизанской тактике и конфликт затянулся на период 1890-х гг.
Между 1905 и 1908 годами имело место напряженная война, восстание Маджи-Маджи, во время которого племена
объединились против немцев, не взирая на свои этнические и культурные различия. Немцы

English: 
British East Africa, but he was brutal to
the locals. He took local girls as concubines,
and when one of them got together with his
manservant, Peters had them both executed
and their villages destroyed. Stuff like that.
Needless to say, this provoked local hostilities,
and Peters was recalled.
Anyhow, the next quarter century of German
sovereignty was a period of frequent unrest and war.
At one point a local tribe, the Hehe, dealt
the German Schutztruppe- the protection forces-
a humiliating defeat, and the Germans responded
by invading their territory, destroying fields
and harvests to cause famine, and taking women
and children as bounty. The Hehe turned to
guerrilla warfare and the conflict dragged
on throughout the 1890s.
Between 1905 and 1908 there was an all-out
war, the Maji-Maji War, during which tribes
united across ethnic and cultural boundaries
against the Germans. The Germans responded

Czech: 
Do konce války zemřelo odhadem
čtvrt milionu Afričanů,
proti 15 evropským vojákům Schutztruppe.
Jo, 15 proti až 250 000.
Také zahynulo 382 askari, kteří bojovali s Němci,
a kolem 10 000 příslušníků kmenů, kteří útočili
na německé jednotky, ale 15 proti 250 000.
Za tři roky války a jejích následků
ve formě hladomoru.
Pak přišel rok 1914.
V lednu 1914 se Paul von Lettow-Vorbeck stal
velitelem Schutztruppe v Německé východní Africe.
Zúčastnil se koloniálních bojů během Boxerského
povstání a v Německé jihozápadní Africe,
a když o sedm měsíců později vypukla válka,
rozhodl se ignorovat Konžské dohody,
které dávaly koloniím možnost zůstat neutrálními,
což guvernér kolonie Heinrich Schnee preferoval.

English: 
as before, and by the end of the war an estimated
quarter of a million Africans died, as opposed
to 15 European Sc hutztruppe soldiers. Yep,
15 versus as many as 250,000. 382 Askari who
fought with the Germans also died and around
10,000 tribesmen during attacks on German
garrisons, but 15 to 250,000. For the three
year war and it’s aftermath of famine and
starvation.
Then came 1914.
Now, in January 1914 Paul von Lettow-Vorbeck
became commander of the Schutztruppe in German
East Africa. He had seen colonial combat in
both the Boxer Rebellion and in German Southwest
Africa, and when the war broke out seven months
later, he chose to ignore the Congo Agreements
that gave the colonies the option to remain
neutral, and which colonial Governor Heinrich
Schnee favored.

Russian: 
отреагировали так же, как и ранее, и к концу противостояния около четверти миллионов африканцев погибло. Со стороны Германии же
погибло всего лишь 15 солдат германской колониальной армии. Да, 15 против примерно 250 000. 382 аскари, которые
сражались на одной стороне с немцами, также погибли, как и около 10000 их соплеменников, в ходе атак на немецкие
гарнизоны, но все же 15 к 250000 для трехлетней войны. Ее последствиями стали голод
недостаток еды.
Затем наступил 1914.
В янваое 1914 г. Пауль Эмиль фон Леттов-Форбек стал командиром всех сил в Германской
Восточной Африке. Он был участником колониальных столкновений в ходе восстания боксеров и в Германской Юго-Западной
Африке, и когда 7 месяцами позднее началась война, он решил проигнорировать Генеральный акт Берлинской конференции 1884 г.
который давал колониям право оставаться нейтральными, и которому глава колонии Генрих
Шнее симпатизировал.

English: 
Lettow-Vorbeck’s policy was offensives without
compromise. He sabotaged the British Uganda
railway and defeated numerically superior
British forces again and again. They were
demoralized until the fall of German Southwest
Africa in mid 1915 suddenly gave the British
loads more South African troops to turn against
von Lettow-Vorbeck. The British also began
to coordinate with the Belgian Congolese forces,
and in early 1916, Portugal joined the war
with the Allies and von Lettow-Vorbeck now
had to deal with attackers from all sides,
and he had no hope of relief or supplies arriving
from Germany.
He withdrew to the southern part of the colony,
which was great for his campaign of guerrilla
warfare. He had switched to this tactic since
he could not afford to lose men, and that
would happen in open engagements win or lose.
In 1917, he was forced to cross the border
into Portuguese East Africa, where his men
ransacked the countryside for food and ammunition.

Russian: 
Политика Леттов-Форбека была бескомпромиссно наступательной. Он саботировал железную дорогу в Британской Уганде
и неоднократно разбивал численно превосходящие британские силы. Они были
деморализованы вплоть до неожиданного падения Германской Юго-Западной Африки в середине 1915 г., что дало британцам
возможность направить против Леттов-Форбека больше южно-африканских частей. Британцы также начали
координировать свои действия с бельгийскими силами в Конго. После вступления в войну Португалии в начале 1916 г.
на стороне союзников, Леттов-Форбеку пришлось иметь дело с атакующими со всех сторон,
и при этом он не мог надеяться на помощь или снабжение из Германии.
Он отступил в южную часть колонии, которая лучшим образом подходила для партизанской тактики
Он перешел к данной тактике после того, как осознал, что больше не может терять много людей, и что
могло бы случиться в случае открытого боестолкновения. В 1917 г. он был вынужден пересечь границу с
Португальской Восточной Африкой, где его люди обшарили всю сельскую местность в поисках пропитания и боеприпасов.

Czech: 
Lettow-Vorbeckova politika byla ofenzivní, nekompromisní. Zesabotoval železnici v Ugandě,
a opakovaně porazil početnější britské jednotky.
Byli demoralizované, dokud pád Německé
jihozápadní Afriky v polovině roku 1915
náhle nedal Britům mnohem více jihoafrických
jednotek, které mohli poslat na von Lettow-Vorbecka.
Britové také začali koordinaci
s belgickými konžskými silami
a na začátku roku 1916 Portugalsko
vstoupilo do války na straně Dohody.
Von Lettow-Vorbeck teď musel čelit
útočníkům ze všech stran
a neměl žádnou naději na pomoc
nebo zásobování z Německa.
Stáhl se do jižních oblastí kolonie,
které byly skvělé pro jeho gerilovou válku.
Přešel k této taktice, protože si nemohl
dovolit ztratit další muže
a to by se v otevřené střetnutí stalo,
ať ve vítězném, či v prohraném.
V roce 1917 byl přinucen překročit hranice
do Portugalské východní Afriky,
kde jeho muži plenili venkov kvůli jídlu a munici.

Russian: 
Его война теперь стала самоцелью.
В 1918 г., фон Леттов-Форбек, узнав о перемирии, сдался в Британской Родезии
25 ноября.
Но на что же была похоже война в колониях?
Ну, в отличие от войны, скажем, на Западном фронте, это была маневренная война. Это также
была войной пехотинцев, т.к. местность была непригодна для механизированных или конных войск,
и вы действительно не могли таскать с собой повсюду артиллерию, так что большинство жертв было вызвано недоеданием,
истощением, и болезнями. Войска союзников потеряли 17700 человек  и от 50000 до
более 100000 носильщиков. С немецкой стороны потери составили 734 немца
из 3600, 6300 аскари - солдат-африканцев, нанятых и подготовленных немцами - из более чем 30000, и около 100000
носильщиков. Количество погибших среди гражданского населения трудно оценить, но вполне возможно, что оно составило

English: 
His war had now become an end to itself.
In 1918 in British Rhodesia, von Lettow-Vorbeck
learned about the armistice and surrendered
November 25th.
But what was the colonial war like?
Well, unlike the war on, say, the Western
Front, it was a war of movement. It was also
a war of foot soldiers since the terrain was
unsuitable for mechanized or mounted troops,
and you couldn’t really drag around artillery,
so most casualties were caused by malnutrition,
exhaustion, and disease. Allied troops suffered
17,700 losses and anywhere from 50,000 to
well over 100,000 carrier losses. On the German
side were 734 European German casualties of
3,600, 6,300 Askaris - the recruited African
soldiers- out of over 30,000, and around 100,000
carriers. Civilian deaths are difficult to
estimate but may very well have been over

Czech: 
Jeho válka přestala mít smysl.
V roce 1918 v Britské Rhodésii se
von Lettow-Vorbeck dozvěděl o příměří
a 25. listopadu se konečně vzdal.
Ale jaká byla koloniální válka?
Na rozdíl od války, řekněme, na západní
frontě, to byla pohyblivá válka.
Také to byla válka pěšáků, protože terén byl
nevhodný pro mechanizované nebo jízdní jednotky
a nemohli jste dost dobře s sebou tahat dělostřelectvo.
Takže většina ztrát byla způsobena
podvýživou, vyčerpáním a nemocemi.
Dohodové síly ztratily 17 700 vojáků
a něco mezi 50 000 a no až přes 100 000 nosičů.
Na německé straně byly ztráty
734 Němců ze 3 600 mužů,
6 300 askariů, odvedených afrických vojáků,
z více než 30 000 mužů
a kolem 100 000 nosičů.

English: 
a million.
Von Lettow-Vorbeck claimed he could’ve continued
the war for years, but is that really true?
From 1916 on, his troops were in terrible
shape; they didn’t have shoes or anything
approaching matching equipment, and everything
they did have was from enemy or local supplies.
Some soldiers didn’t mind going on for years,
but may wanted to return to their families,
and an important note- von Lettow-Vorbeck’s
comrades praised his style of leadership and
determination, they did not praise him for
tactical or strategic genius.
The war in Africa was also supposedly more
civilized than that in Europe.
And while it is true that German and British
officers were keen on keeping things almost
sportsmanlike in nature, but when you look
at, say, the askari on both sides, you see
that those same officers allowed their troops
to commit the worst atrocities on the local

Czech: 
Civilní ztráty se těžce odhadují,
ale mohlo jich tedy být přes milion.
Von Lettow-Vorbeck prohlašoval, že mohl ve válce
pokračovat po celé roky, ale byla to opravdu možné?
Od roku 1916 byly jeho jednotky v hrozném stavu.
Neměly boty nebo cokoliv, co by
odpovídalo adekvátnímu vybavení,
a všechno, co měly, získali od nepřátel
nebo z místních zásob.
Některým vojákům by nevadilo bojovat další roky,
ale mnozí se chtěli vrátit ke svým rodinám,
a důležitá poznámka: von Lettow-Vorbeckovi
spolubojovníci chválili jeho způsob velení a odhodlání,
nechválili ho pro jeho taktickou
nebo strategickou genialitu.
Válka v Africe byla také údajně
civilizovanější než ta v Evropě.
A je pravda, že němečtí a britští důstojníci
se snažili držet věci tak nějak ve sportovním duchu,
jenže když se podíváte například na akskari na
obou dvou stranách, uvidíte, že ti samí důstojníci
dovolili svým vojákům, aby se dopouštěli těch
nejhorších zvěrstev na místních civilistech.

Russian: 
около миллиона человек.
фон Леттов-Форбек заявлял, что он мог бы продолжать вести войну годы, но так ли это было на самом деле?
С 1916 г. его силы находились в ужасном состоянии - у них отсутствовала обувь или чего-либо
подходящего к соответствующему обмундированию, и все, что они имели, было получено из вражеских или местных запасов.
Некоторые солдаты может и были не прочь продолжать воевать в течение многих лет, но, возможно, часть из них хотелась вернуться к своим семьям,
и важное замечание - товарищи фон Леттов-Форбека высоко оценили его стиль руководства и
решимость, но они не хвалили его за тактическую или стратегическую одаренность.
Война в Африке была также более цивилизованной, чем в Европе.
И хотя верно, что немецкие и британские офицеры были очень заинтересованы в том, чтобы поддерживать отношения друг с другом
на порядочном уровне, то взглянув, например, на аскари, воюющих за обе стороны, можно увидеть
как те же самые офицеры позволили своим подчиненным совершить самые худшие зверства по отношению

English: 
civilians. Rape, murder, looting; one Schutztruppe
soldier had this to say, “Behind us we leave
destroyed fields... and famine for the time
to come. We are no longer ambassadors of culture,
we are bringing, death, pillaging, and empty
villages.” In fact, local civilians were
often forced to become carriers and not given
enough food to survive.
There’s also the semi-myth of the faithful
askari.
They were supposedly loyal to Germany to the
bitter end and in the future were used to
portray German colonialism as superior to
that of, say, Belgian, and to show what a
good and decent trade partner Germany would
be to newly emerging nations later in the
20th century.
Askari were often recruited from other parts
of Africa to make them more dependent, but
they were given decent regular salaries and
relatively free reign; things like alcohol

Czech: 
Znásilnění, vraždy, drancování, jeden
z vojáků Schutztruppe řekl:
„Za námi necháváme zničená pole…
a hladomor, který přijde.
Nejsme už dál vyslanci kultury,
přinášíme smrt, drancování a prázdné vesnice.“
Vlastně hodně místních civilistů bylo často přinuceno,
aby se stali nosiči a pak nedostávali dost jídla na přežití.
Také existuje takový mýtus o věrných askari.
Prý měli zůstat věrní Německu až do hořkého konce
a v budoucnu měli být používáni
k vykreslení německého kolonialismu
jako nadřazeného, dejme tomu, nad belgickým
a k poukazování na to, jaký dobrý a slušný
obchodní partner by Německo bylo
pro nově vzniklé státy ve 20. století.
Askari byli často naverbováni v jiných
částech Afriky, aby byli více závislejší,
ale dostávali slušný pravidelný plat
a měli docela volný režim.
Věci jako nadužívání alkoholu a polygamie
byly britskými a německými důstojníky tolerovány

Russian: 
к местным жителям. Изнасилования, убийства, мародерство; один из немецких солдат сказал следующее: "Позади нас мы оставляли
уничтоженные поля...и голод, который пришел бы со временем. Мы более не были посланниками культуры,
мы несли смерть, грабежи, и пустые деревни." По правде говоря, местных жителей
часто силком брали в носильщики, не предоставляя при этом достаточно еды для выживания.
Кроме того, существуют полумифические истории о верных аскари.
В них они якобы были верны Германии до самого конца и в будущем эти истории использовались
для иллюстрации немецкого колониализма как более лучшего, чем, например, бельгийский, и для того, чтобы показать
каким хорошим и достойным торговым партнером может стать Германия для вновь возникающих государств позднее  в
20 веке.
Аскари очень часто нанимались в других частях Африки, дабы сделать их более зависимыми, но
им предоставляли приличные зарплаты и менее строгую дисциплину; на такие вещи, как злоупотребление

English: 
abuse and polygamy were tolerated by British
and German officers to promote goodwill, and
since askari were used to commit atrocities,
in many cases desertion would mean retaliation
so it was safer to remain with the battalion.
Still, there was an 18% desertion rate. Of
course, there were many many thousands of
askari who were simply loyal to the end, but
it is a far more complicated situation than
it seems on the surface.
In fact, you could say that about the entire
situation of German East Africa during the
First World War; that it was far more complicated
than it may seem on the surface. Or that it
may seem from stories and legends told about
it afterwards.
Well, today was just a brief look at the colony
and the war as well as a short analysis of
some of the questions and myths surrounding
it. As always, I urge you all to look this
up for yourselves to get more detail and a
better perspective of things.

Russian: 
алкоголем и полигамию британские и немецкие офицеры закрывали глаза, дабы стимулировать хорошие отношения, и
с тех пор, как аскари стали принимать участия в жестоком обращении с местными, в большинстве случае дезертирство означало возмездие с их стороны
и поэтому более безопасным было оставаться вместе со своим батальоном. Тем не менее, коэффициент дезертирства составлял 18%.
Конечно, было много тысяч аскари, которые были просто лояльны Германии до конца, но
это гораздо более сложная ситуация, чем кажется на первый взгляд.
Фактически, вы могли бы сказать это и обо всей ситуации в Германской Восточной Африке в период
Первой мировой войны; Что это было намного сложнее, чем это может показаться на первый взгляд. Или так
может показаться из рассказов и легенд, рассказанных об этом потом.
Ну что ж, сегодня мы сделали краткий обзор этой колонии и ее участия в войне, а также дали краткий анализ
некоторым вопросам и мифам, окружающим его. Как и всегда, я рекомендую всем вам
конечно же на ваше усмотрение, более подробно рассмотреть эту тему, для ее лучшего понимания.

Czech: 
na důkaz dobré vůle. Protože askari
prováděli zvěrstva,
v mnoha případech dezerce zároveň znamenala
i odplatu, takže bylo jistější zůstat u praporu.
I tak dezerce dosahovala 18%.
Samozřejmě, že existovala spousta tisíc
loajálních askari, kteří byli prostě loajální až do konce,
ale bylo to mnohem komplikovanější
než se zdá při pohledu z dálky.
Vlastně  o celé situaci v Německé východní Africe
za 1. světové války by se dalo říct,
že byla mnohem komplikovanější
než se zdá při pohledu z dálky.
Nebo jak se to může jevit z příběhů
a legend vyprávěných později.
Dnes to byl jenom stručný pohled na tuto
kolonii a válku, i stejně stručná analýza
některých otázek a mýtů, které
ji obklopují. Jako vždy váš vyzývám,
abyste se na to detailněji podívali sami
a získali o tom lepší představu.

Czech: 
Pokud se chcete dozvědět víc o tomto tématu,
udělali jsme speciál o generálovi von Lettow-Vorbeckovi,
můžete se na něj podívat vpravo.
Uslyšíte mě tam klít. Opravdu.
Dejte nám vědět, jaké další kolonie vás
zajímají, tak abychom mohli začít náš výzkum.
Nezapomeňte se přihlásit k odběru.
Uvidíme se příště.

Russian: 
Если вы хотите узнать больше, мы подготовили специальный биографический выпуск о генерале фон Леттов-Форбеке,
вы можете посмотреть его и услышать мои ругательства прямо здесь.
Дайте мне знать, о каких еще колониях вы хотели бы услышать, дабы мы начали наши поиски, и конечно же:
Не забывайте подписаться.

English: 
If you want to see more from about the topic,
we did a bio special on General von Lettow-Vorbeck,
you can check that out and hear me curse right
here.
Let us know what other colonies you are interested
in so we can start our research and of course:
Don’t forget to subscribe.
