
Russian: 
Если бы я попросил вас угадать,
какие страны являются лидерами
по количеству Нобелевских
премий в области химии
за последние два десятилетия,
какие страны вы бы назвали?
Наверное, Германию, Францию.
Это Израиль и Япония.
В целом 12 израильтян
получили Нобелевские премии.
Шесть из них получили
награды в области химии.
Двое — в области экономики.
Один израильский автор
получил премию по литературе.
Также за все время трое
были удостоены премий мира
за заключение определенных
соглашений, которые,
как мы видели, привели
к смешанным результатам.
ИСТОРИЯ ИЗРАИЛЯ ПРОСТЫМ
ЯЗЫКОМ
Давайте начнем с самого первого
израильтянина, который был
удостоен Нобелевской премии, —
Шмуэля Агнона, который получил
награду по литературе в 1966 г.
Он разделил ее с еврейской
поэтессой немецко-норвежского
происхождения Нелли Закс.
Но мы расскажем об Агноне,
т.к. это видео посвящено
исключительно израильтянам.
Агнон родился в 1888 году
в Восточной Европе,
в районе современной границы
Польши и Украины.

English: 
- If I asked you to guess
which countries had the
second highest number
of Nobel Prizes in Chemistry
for the past two decades,
which would you pick?
Maybe Germany, France, (horn buzzing),
it's Israel and Japan.
12 Israelis have gone
on to win Nobel Prizes.
Six of those Israelis won
the Prize for chemistry.
Two got the Prize in economics,
one Israeli author won
the literature Prize,
and over the years,
three have been awarded
the Peace Prize for
negotiating certain agreements,
with mixed results as we'll see.
(upbeat music)
Let's start with the very first Israeli
to win a Nobel Prize, Shai Agnon,
who won the Prize for literature in 1966.
He shared it with
German-Jewish-Swedish poet,
named Nelly Sachs,
but we'll be focusing on Agnon,
since this video is
specifically about Israelis.
Agnon was born in 1888 in
an area of Eastern Europe
on the modern border
of Poland and Ukraine.

Spanish: 
Si les preguntara
que países han tenido
el segundo mayor número
de Premios Nobel en Química
de los últimos 20 años,
¿qué dirían?
Puede que Alemania o Francia.
Pues son Israel y Japón.
Doce israelíes han llegado a ganar
el Premio Nobel.
Seis de esos israelíes
ganaron el Nobel de Química.
Dos el de Economía.
Un escritor israelí
ganó el de Literatura.
Y tres han sido premiados
con el Nobel de la Paz
por negociar ciertos acuerdos
con resultados distintos,
como veremos.
LA HISTORIA DE ISRAEL
EXPLICADA
Empecemos con el primer israelí
en ganar un Premio Nobel,
Shai Agnon, que ganó el premio
de Literatura en 1966.
Lo compartió con el poeta judío
sueco-alemán Nelly Sachs,
pero nos centraremos en Agnon
ya que este vídeo
habla en concreto de israelíes.
Agnon nació en 1888
en una zona de Europa oriental
en la frontera actual
de Polonia y Ucrania.

iw: 
אם הייתי מבקש מכם לנחש
איזו מדינה נמצאת
במקום השני בעולם
במספר זוכי פרס נובל בכימיה
בעשרים השנים האחרונות,
במי הייתם בוחרים?
אולי גרמניה, צרפת.
אלו ישראל ויפן.
12 ישראלים זכו בפרסי נובל.
שישה מתוכם זכו בו
עבור הישגים בכימיה.
שניים זכו בפרס לכלכלה.
וסופר ישראלי אחד
זכה בפרס לספרות.
ולאורך השנים, שלושה זכו
בפרס נובל לשלום
עבור משא ומתן
לקראת הסכמים מסוימים,
שהניבו תוצאות חלקיות,
כפי שנראה בהמשך.
ההיסטוריה של ישראל מוסברת
בואו נתחיל עם הישראלי הראשון
שזכה בפרס נובל,
ש"י עגנון, שזכה בפרס לספרות
בשנת 1966.
הוא זכה בו במשותף עם משוררת יהודייה
גרמנית-שוודית, נלי זק"ש,
אבל אנחנו נתמקד בעגנון
מאחר שהסרטון הזה עוסק
ספציפית בישראלים.
עגנון נולד ב-1988
באזור במזרח אירופה
שנמצא על הגבול הנוכחי
בין פולין לאוקראינה.

English: 
His parents were wealthy
and he was educated in
both Jewish tradition
and European culture.
Agnon had been writing
since the age of 15,
but in 1924, his manuscripts
and books were destroyed in a house fire,
a devastating loss for him.
The fire clearly remained on his mind,
and he often made references to it
in some of his later stories.
In 1966, almost two decades
after the Nobel Committee
first considered Agnon
for the Literature Prize,
they decided to award it to him,
along with Sachs.
He remains the only Israeli
to ever win the Prize for Literature,
but when it comes to
winning Nobels in general,
the country was just getting started.
The next Israeli to win a Nobel Prize
was prime minister Menachem Begin
who shared the 1978 Peace
Prize with Anwar Sadat,
then president of Egypt.
They were awarded the Prize
for the peace agreement they
negotiated earlier that year.
Now Begin was something
of a controversial figure
in Middle Eastern politics,
partly because of his background
as a leader of the
Irgun paramilitary group

Spanish: 
Sus padres eran ricos
y lo educaron tanto
en la tradición judía
como en la cultura europea.
Agnon empezó a escribir
desde los 15 años,
pero en 1924 un incendio
en su casa
destruyó sus libros y manuscritos,
una pérdida devastadora para él.
Nunca olvidó aquel incendio
y a menudo hacía referencias a él
en algunas historias posteriores.
En 1966, casi 20 años después
de que el comité de los Nobel
considerara a Agnon
para el premio de literatura,
decidieron concedérselo
junto con Sachs.
Sigue siendo el único israelí
en ganar el premio de literatura,
pero si hablamos del Nobel
en general,
el país estaba empezando.
El siguiente en ganar un Nobel
fue el primer ministro
Menahem Begin,
que compartió el de la Paz en 1978
con Anwar Sadat,
entonces presidente de Egipto.
Les concedieron el premio
por los acuerdos de paz
que negociaron ese año.
Begin era una figura polémica
en la política de Oriente Próximo
por sus antecedentes
como líder
del grupo paramilitar Irgún

iw: 
הוריו היו אמידים,
וחינוכו התבסס הן על המסורת היהודית
והן על התרבות האירופאית.
עגנון התחיל לכתוב מגיל 15,
אך ב-1924 כתבי היד והספרים שלו
נהרסו בשריפה ביתית,
אבידה נוראית עבורו.
ברור שהשריפה הותירה בו את חותמה
והוא הזכיר אותה לעיתים קרובות
בחלק מסיפוריו המאוחרים יותר.
ב-1966, כמעט עשרים שנה
אחרי שוועדת הנובל
שקלה לראשונה
את מועמדותו לפרס בספרות,
הוחלט להעניק לו את הפרס
במשותף עם נלי זק"ש.
עד היום, הוא עדיין הישראלי היחיד
שזכה בפרס הנובל לספרות,
אך בכל הנוגע לזכייה בפרסי נובל
באופן כללי,
הוא היה רק יריית הפתיחה של ישראל.
הישראלי הבא שזכה בפרס נובל
היה ראש הממשלה מנחם בגין,
שחלק את פרס הנובל לשלום ב-1978
עם אנואר סאדאת, נשיא מצרים.
הפרס הוענק להם
עבור הסכמי השלום
שעליהם חתמו מוקדם יותר באותה שנה.
עכשיו, בגין היה דמות די שנויה במחלוקת
בפוליטיקה של המזרח התיכון,
בין היתר בשל הרקע שלו
כמנהיג האצ"ל

Russian: 
Его родители были богаты,
и он был воспитан с учетом,
как еврейских традиций,
так и европейской культуры.
Агнон писал с 15 лет,
но в 1924 году
все его манускрипты и книги
сгорели при пожаре, что
глубоко потрясло его.
Пожар отчетливо сохранился
в его памяти,
и он часто упоминал его
в некоторых своих историях.
В 1966 году, почти через
20 лет после того,
как Нобелевский комитет
впервые номинировал Агнона
на премию по литературе,
он получил награду
совместно с Закс.
После него израильтяне не
получали премий по литературе,
но в плане получения
премий в других областях
страна еще только начинала.
Следующим нобелевским
лауреатом из Израиля стал
премьер-министр Менахем Бегин,
получивший премию мира
в 1978 году,
разделив ее с президентом
Египта Анваром Садатом.
Они были удостоены премии
за мирные соглашения, которые
подписали ранее того года.
Бегин был довольно
противоречивой фигурой
на политической арене
Ближнего Востока,
частично из-за своего
прошлого в качестве лидера
военизированной группировки

Spanish: 
antes de fundar el estado de Israel.
Cuando llegó a Oslo
para recibir el premio,
cientos de manifestantes
pro Palestina organizaron protestas
hasta el punto de que trasladaron
la ceremonia a otro lugar.
Pese a la polémica
que rodeaba a Begin,
consiguió muchos logros
a lo largo de su carrera política.
Pero tenemos
un episodio aparte sobre él
si estáis interesados en saber más
de su persona.
Él y Sadat recibieron el premio
por los acuerdos de paz
que firmaron en Camp David
a principios de 1978.
Egipto e Israel habían sido
enemigos
desde la fundación
del estado de Israel
y estos acuerdos lo transformaron
en una relación más amistosa
que continúa hasta hoy.
Después de Begin,
pasaron 16 años
hasta que otro israelí
ganó un Nobel
y cuando pasó,
otra vez fue el de la Paz.
En 1994,
el primer ministro Isaac Rabin
junto con Simon Peres, entonces
ministro de Asuntos Exteriores,
compartieron Nobel de la Paz
con el Iíder palestino Yaser Arafat.
Como Begin y Sadat,
el motivo era unos acuerdos de paz
que negociaban.
Pero esta vez,
aunque aún no lo sabían,
los acuerdos estaban destinados
al fracaso.

English: 
before the State of
Israel was established.
When he arrived in Oslo
to receive the award,
hundreds of pro-Palestinian
demonstrators organized protests
to the point the ceremony
had to be moved elsewhere.
Despite the controversy
surrounding Begin though,
he accomplished a lot
over the course of his political career.
But, we have a whole
separate episode about him
that you can check out
if you're interested in learning more.
He and Sadat were awarded the Prize
because of the peace agreements
they made at Camp David
earlier in 1978.
Egypt and Israel had been enemies
ever since the State of
Israel was established.
And the Camp David
Accords transformed that
into a much friendlier relationship
that continues to this day.
After Begin, it was 16 years
before another Israeli won a Nobel
and when they did, it was
the Peace Prize yet again.
In 1994, Prime Minister Yitzhak Rabin
along with Shimon Peres who
was the foreign minister
at the time, shared the Peace Prize
with Palestinian leader Yasser Arafat.
Like Begin and Sadat,
the reason was a set of peace
agreements they negotiated,
but this time, although
they didn't know it yet,
the agreements were doomed to failure.

iw: 
לפני הקמת מדינת ישראל.
כשהוא הגיע לאוסלו
כדי לקבל את הפרס,
מאות מפגינים פרו-פלסטינים
ארגנו הפגנות
ברמה כזו שהיה צריך
לשנות את מיקום הטקס.
אך למרות המחלוקת שנסבה
סביב בגין,
הוא השיג הרבה
במהלך הקריירה הפוליטית שלו.
אבל יש לנו פרק שלם שמוקדש לו,
ותוכלו לצפות בו אם אתם
מעוניינים ללמוד עוד.
הוא וסאדאת זכו בפרס
בשל הסכמי השלום עליהם חתמו
בקמפ דייוויד מוקדם יותר ב-1978.
מצרים וישראל היו אויבות
מהרגע שהוקמה מדינת ישראל,
והסכמי קמפ דייוויד הפכו את היחסים
ליחסים ידידותיים שנמשכים עד היום.
אחרי בגין, עברו 16 שנים
לפני שישראלי נוסף זכה בנובל,
וכשזה קרה, שוב היה זה הפרס לשלום.
ב-1994, ראש הממשלה יצחק רבין
ביחד עם שמעון פרס שהיה שר החוץ
באותם ימים,
חלקו את פרס הנובל לשלום
עם המנהיג הפלסטיני יאסר ערפאת.
כמו בגין וסאדאת,
הסיבה הייתה מספר הסכמי מו"מ לשלום
שעליהם הם חתמו.
אך הפעם, למרות שעוד לא ידעו זאת,
ההסכמים היו צפויים להיכשל.

Russian: 
в период до образования
государства Израиль.
Когда он прибыл в Осло
для получения премии,
сотни про палестинских
демонстрантов организовали
такие ярые протесты, что
место проведения церемонии
пришлось перенести.
Несмотря на противоречия,
окружавшие Бегина, он, однако
многое сумел реализовать
за свою политическую карьеру.
У нас есть о нем
отдельный выпуск,
который вы можете посмотреть,
если хотите узнать больше.
Он и Садат были награждены
премией за мирные соглашения,
которые подписали в 1973 году
в Кэмп-Дэвиде.
Египет и Израиль были врагами
с момента образования
государства Израиль,
но соглашения в Кэмп-Дэвиде
обеспечили им значительно
более дружеские отношения,
которые сохраняются и сегодня.
Следующее присуждение премии
Израилю после Бегина
произошло через 16 лет,
и снова это была премия мира.
В 1994 году премьер-министр
Ицхак Рабин вместе с
Шимоном Пересом, в то время
министр иностранных дел,
разделили премию мира с
лидером Палестины
Ясиром Арафатом.
Как Бегин и Садат, они
получили ее за подписание
ряда мирных соглашений.
Но на этот раз,
хотя они этого еще не знали,
соглашения были обречены
на провал.

Spanish: 
El hecho de que los tres
compartieran el premio era irónico
porque no se caían bien.
Incluso Rabin y Peres,
que trabajaron mano a mano
durante muchos años,
eran famosos
por su relación inestable.
Mientras,
Arafat había estado involucrado
en atentados contra Israel.
Pero en 1993, los tres se sentaron
para negociar
los Acuerdos de Oslo,
un tratado que tenía la finalidad
de establecer la paz
entre Israel y el pueblo palestino.
Pero incluso en 1993,
el premio fue muy polémico.
Muchos discrepaban
en que lo compartieran con Arafat
ya que había estado implicado
en el terrorismo.
Así que ese premio
no salió tan bien.
Pero luego llegaron
los premios de ciencias.
El primer Nobel en ciencias
para Israel fue en 2002,
pero todavía no era en química.
Daniel Kahneman compartió
el premio en ciencias económicas
con el economista estadounidense
Vernon Smith.
¿Habéis deseado predecir
las decisiones de otro?
Kahneman descubrió hacer eso
en ciertos contextos.
Se llama Teoría prospectiva.

English: 
The fact that these three
shared the Peace Prize
was pretty ironic
because none of them
actually liked each other.
Even Rabin and Peres who
worked together closely
for many years, were famous
for their rocky relationship.
Arafat meanwhile had been heavily involved
in terrorist attacks against Israel
but in 1993, the three of them sat down
to negotiate the Oslo Accords,
a series of agreements that
were meant to establish peace
between Israel and the Palestinian people.
But even in 1993, the award
was very controversial.
A lot of people took issue
with Arafat sharing it
since he'd been so involved in terrorism.
So that Prize didn't go so well,
but then came the Prizes in the sciences.
Israel's first Nobel Prize in the sciences
was in 2002, but it wasn't chemistry yet.
Daniel Kahneman shared the
Prize in Economic Sciences
with American economist Vernon Smith.
Ever wish you could predict
someone else's decisions?
Well that's what Kahneman
figured out how to do
in certain contexts.
It's called Prospect Theory.

Russian: 
Уже тот факт, что эти трое
разделили премию мира,
был иронией, потому что
они не очень хорошо
относились друг к другу.
Даже Рабин и Перес, которые
работали вместе много лет,
были известны своими
нелегкими отношениями.
В то время как Арафат
был причастен к терактам
против Израиля.
Но в 1993 году они трое сели
за стол переговоров, чтобы
обсудить серию соглашений,
которые должны были привести
к миру между Израилем
и народом Палестины.
Но даже в 1993 году награда
была очень противоречивой.
Многие люди были не согласны
с получением премии Арафатом,
т.к. он был
связан с терроризмом.
Так что приз был не на пользу.
Но затем последовали
премии в области науки.
Первая Нобелевская премия
за научные достижения была
получена Израилем в 2002 году,
но это была еще не химия.
Даниель Канеман получил
премию в области экономики
вместе с американским
экономистом Верноном Смитом.
Вы когда-нибудь хотели уметь
предсказывать чьи-то решения?
Ну вот, Канеман выяснил,
как это делать в
определенных ситуациях,
разработав теорию перспектив.

iw: 
העובדה ששלושת האנשים האלה
חלקו את פרס הנובל הייתה די אירונית
מאחר ששלושתם לא חיבבו זה את זה.
אפילו היחסים בין רבין ופרס,
שעבדו יחד במשך שנים רבות,
הייתה ידועה כמערכת יחסים בעייתית.
ערפאת, לעומת זאת, היה מעורב
בתכנון מתקפות טרור נגד ישראל.
אך ב-1993, שלושתם התיישבו
למו"מ לקראת הסכמי אוסלו,
סדרת הסכמים שנועדו לבסס שלום
בין ישראל לפלסטינים.
אבל אפילו ב-1993,
הפרס עורר מחלוקת רבה
והרבה אנשים התנגדו
לקבלת הפרס במשותף עם ערפאת,
מאחר שהוא היה מעורב בטרור.
אז הפרס הזה לא עבד טוב כל כך.
אבל אז הגיעו הפרסים במדעים.
הזכייה הראשונה של ישראל
בפרס נובל בתחום מדעי הייתה ב-2002,
אך זה עוד לא היה בכימיה.
דניאל כהנמן חלק את הפרס
במדעי הכלכלה
עם הכלכלן האמריקאי ורנון סמית'.
רציתם פעם לצפות מראש
את החלטותיו של אדם אחר?
ובכן, כהנמן הצליח לפענח
איך לעשות זאת בהקשרים מסוימים.
זה נקרא תורת הערך.

Russian: 
Родившийся в 1934 году
в Тель-Авиве, он вообще
получил свои степени
бакалавра и доктора
в психологии, не в экономике.
Но он всегда интересовался,
как интуиция влияет на
принимаемые нами решения,
и в 1970-х он начал думать,
как применить психологию
к экономическим решениям.
Канеман и его коллега
Амос Тверски обнаружили
существенный недостаток
в теориях других ученых.
Те исходи из того, что люди
делают рациональный выбор,
но это не так.
Тверски умер в 1996 году
и не мог быть номинирован
на Нобелевскую премию,
тогда как Канеман был
награжден в 2002 году.
Следующая Нобелевская премия
отправилась в Израиль
всего двумя годами позже,
когда Аарон Чехановер
и Аврам Гершко в 2004 году
разделили премию по химии
с их американским коллегой
Ирвином Роузом.
И что касается премий
в области химии,
эта была первая из многих.
Трое химиков получили
премию за исследование
процесса деградации
белков в клетках.
В 1970-х гг.
они открыли систему,
которая определяет, какие
белки подлежат деградации,

English: 
Born in Tel Aviv in 1934,
he actually earned his
undergraduate and doctoral degrees
in psychology, not economics.
But he was always interested
in how intuition affects
the choices we make,
and in the 1970s he started thinking about
how to apply psychology
to economic decisions.
Kahneman and his colleague Amos Tversky
discovered a major flaw
in the theories others
had already come up with.
They assumed that people chose rationally,
but they don't.
Tversky died in 1996,
so he wasn't eligible
for the Nobel Prize when
Kahneman was awarded it in 2002.
The next Israelis to win a Nobel Prize
did it only two years later,
when Aaron Ciechanover and Avran Hershko
shared the 2004 Prize in Chemistry
with their American colleague, Irwin Rose.
And when it comes to Chemistry Prizes,
this was the first of many.
This Prize was awarded for
the three chemists' work
on how proteins in cells are broken down.
In the 1970s, they discovered
a system that identifies
which proteins need to be broken down

iw: 
הוא נולד בתל אביב ב-1934,
ולמד את התואר הראשון
והתארים המתקדמים שלו בפסיכולוגיה,
לא בכלכלה.
אך הוא תמיד התעניין
באופן שבו אינטואיציה משפיעה
על החלטות שאנו מקבלים,
ובשנות ה-70 הוא התחיל לחשוב
על דרך ליישום של פסיכולוגיה
בהחלטות כלכליות.
כהנמן ועמיתו עמוס טברקי גילו
פגם מהותי בתיאוריות שאחרים
כבר ביססו.
הם הניחו שאנשים מחליטים
באופן רציונלי, אבל הם לא.
טברסקי מת ב-1996,
ולכן לא יכול היה לקבל
את פרס הנובל
כשכהנמן זכה בו ב-2002.
הישראלים הבאים שזכו בפרס נובל
עשו זאת לאחר שנתיים בלבד,
כשאהרון צ'חנובר ואברהם הרשקו
חלקו את הפרס לכימיה ב-2004
עם עמיתם האמריקאי, אירווין רוז.
ובכל הנוגע לפרסים בכימיה,
היה זה הראשון מני רבים.
הפרס הוענק בשל עבודתם
של שלושת הכימאים
הנוגעת לאופן שבו חלבונים
מתפרקים בתאים.
בשנות ה-70 הם גילו מערכת
שמזהה אילו חלבונים יש לפרק

Spanish: 
Nacido en Tel Aviv en 1934,
en realidad obtuvo una licenciatura
y un doctorado en Psicología,
no en Economía.
Pero le interesaba
cómo la intuición afecta
a las decisiones que tomamos,
y en los años 70 empezó a pensar
en cómo aplicar la psicología
a las decisiones económicas.
Kahneman y su colega
Amos Tversky descubrieron
un defecto grave en las teorías
que otros habían postulado.
Daban por sentado que la gente
elige de forma racional,
pero no es así.
Tversky murió en 1996,
así que no fue candidato al Nobel
cuando se lo concedieron
a Kahneman en 2002.
Los siguientes israelíes en ganarlo
fue tan solo dos años después,
cuando Aaron Ciechanover
y Avram Hershko
compartieron en 2004
el premio de Química
con su colega estadounidense
Irwin Rose.
Y en cuanto a premios de química,
fue el primero de muchos.
Se concedió este premio
al trabajo de tres químicos
sobre la división
de las proteínas en las células.
En los años 70,
descubrieron un sistema
que identifica
qué proteínas hay que dividir

iw: 
ואומרת לתא מתי ואיך לעשות זאת.
לאחר שהתגלתה המערכת החדשה הזו
מדענים הבינו שהיא משמשת
לעיתים קרובות
חלק עיקרי באופן התפתחות סרטן.
ומאז, חוקרים משתמשים בתגלית הזו
כדי לפתח טיפולים ממוקדים ביותר
בסוגי סרטן מסוימים.
כך למשל, ב-2003 רשויות ארה"ב
אישרו תרופה שמשתמשת בתורה הזו
כדי לטפל במיאלומה נפוצה,
סוג של סרטן מח העצם.
שנה אחת לאחר מכן, ב-2005,
זכה ישראלי נוסף בפרס הנובל
אך הפעם שוב היה זה בכלכלה,
כשהמתמטיקאי הישראלי ישראל אומן
חלק את הפרס עם האמריקאי
תומאס שלינג.
אומן התמקד בתורת המשחקים,
מחקר של אסטרטגיות שבהן
משתמשים אנשים
במצבים שבהם החלטות של אחרים
גם משפיעות על התוצאה.
הדוגמה שהיא ככל הנראה הידועה ביותר
בתורת המשחקים
היא שעשועון שנקרא כדורי זהב,
שבו אתה ושותף צריכים
כל אחד להחליט
אם אתם רוצים להתחלק בקופה
או לגנוב אותה לעצמכם.
המתמטיקה שעומדת מאחורי
המחקר של אומן,
יכולה מהר מאוד להפוך למורכבת מאוד,
אבל במהותו של דבר הוא מצא

Russian: 
и сообщает клеткам,
когда и где это делать.
С открытием этой системы
ученые осознали, что часто
это ключ к пониманию того,
как развивается рак.
И с тех пор ученые
используют это открытие,
чтобы разрабатывать более
целевые методы лечения
определенных видов рака.
Например, в 2003 году,
регулирующие органы США
одобрили препарат, созданный
с использованием этой теории,
для лечения
множественной миеломы,
или рака костного мозга.
В следующем 2005 году
Израилю досталась еще одна
Нобелевская премия,
но на этот раз снова
в области экономики,
когда израильский
математик Роберт Ауман
разделил премию с американским
экономистом Томасом Шеллингом.
Ауман занимался теорией игр,
изучая стратегии,
используемые людьми,
когда на результат также
влияют решения других.
Возможно, самый знаменитый
пример теории игр —
это игра "Золотые шары",
в которой вам и вашему
партнеру нужно решить,
хотите ли вы
разделить джекпот
или забрать его себе.
Расчеты в
исследовании Аумана
очень быстро становятся
очень сложными,
но, по существу, он открыл

English: 
and tells the cell when
and where to do it.
Once we discovered this new system,
scientists realized it's often a key part
of how cancer develops.
And ever since then,
researchers have been using this discovery
to develop more targeted
treatments for certain cancers.
For example, in 2003, regulators in the US
approved a drug that uses this theory
to treat multiple myeloma, a
type of bone marrow cancer.
The following year, 2005,
saw another Israeli win a Nobel Prize.
But this time, it was back to economics,
with Israeli mathematician Robert Auman
sharing the Prize with American
economist Thomas Schelling.
Auman focused on game theory,
the study of the strategies
people use when someone else's choices
also affect the outcome.
Probably the most famous
example of game theory
is a game show called "Golden Balls"
where you and a partner
have to each decide
whether you want to split the jackpot
or steal it all for yourself.
The mathematics behind Auman's research
can get very complicated very quickly,
but basically he figured out a useful way

Spanish: 
y le dice a la célula
cuándo y dónde hacerlo.
Cuando descubrieron
este nuevo sistema,
los científicos vieron que es
la manera en que se desarrolla
el cáncer.
Y desde entonces,
los investigadores
han usado este sistema
para crear más tratamientos
para determinados cánceres.
Por ejemplo, en 2003,
los reguladores de EE. UU.
aprobaron un medicamento
con esta teoría
para tratar el mieloma múltiple,
un tipo de cáncer de médula ósea.
El año siguiente, 2005,
vio a otro israelí
ganar un Premio Nobel,
pero otra vez de economía,
con el matemático israelí
Robert Aumann
que lo compartía con el economista
estadounidense Thomas Schelling.
Se centró en la Teoría de juegos,
el estudio de las estrategias
que usa la gente
cuando las decisiones de otro
también afectan al resultado.
El ejemplo más famoso
de la Teoría de juegos
es un concurso llamado
Golden Balls,
donde tú y tu pareja debéis decidir
si queréis compartir el bote
o quedártelo todo para ti.
Las matemáticas
de la investigación
se pueden complicar
con mucha rapidez,
pero básicamente descubrió
una forma útil

Russian: 
удобный способ анализировать
ситуации подобные этому шоу.
Он также изучал вопросы за
пределами чистой теории игр,
например, изучал социальные
взаимодействия, анализируя
долгосрочные отношения
в ситуациях, где много людей
должны работать вместе.
Он даже опубликовал труд,
используя теорию игр,
с целью разрешить долгий
спор в Талмуде.
Еще четверо израильтян получили
Нобелевские премии после
Аумана, и все — в одной области.
Вы уже догадались, в химии.
Первой была Ада Йонат,
разделившая в 2009 году
премию по химии с двумя
не израильскими учеными.
До сегодняшнего дня Йонат —
единственная женщина Израиля,
когда-либо удостоенная
Нобелевской премии,
и одна из пяти женщин
во всем мире,
удостоенная этой премии
за достижения в химии.
Вы помните, что
Чехановер и Гершко
открыли систему деградации
белков в клетках?
Так вот, Йонат изучала
противоположный процесс —
синтез белков в клетках.
В частности, она открыла
целый набор новых данных
о структуре рибосом —

English: 
to analyze situations
like in that game show.
He also extended his ideas
beyond pure game theory
to social interactions for example.
When he used them to analyze
long term relationships
in situations where lots of
people have to work together.
He even published a
paper using game theory
to resolve a longstanding argument
in the Talmud.
Four Israelis have won
Nobel Prizes since Auman,
and they were all in one subject,
you guessed it, chemistry.
First, we have Ada Yonath,
who shared the 2009 Chemistry Prize
with two other non-Israeli scientists.
To this day, Yonath is
the only Israeli woman
to ever win a Nobel Prize
and one of only five women
in the entire world to win
the Nobel Prize in Chemistry.
Remember how Ciechanover
and Hershko discovered the system
that cells use to break down proteins?
Well Yonath's work focused
on basically the opposite,
how cells create proteins,
specifically she discovered
a whole bunch of new details
about the structure of ribosomes,

iw: 
דרך שימושית לנתח מצבים
כמו בשעשועון ההוא.
הוא גם הרחיב את הרעיונות שלו
מעבר לתורת המשחקים
לתחום היחסים החברתיים, למשל,
שם הוא השתמש בהם כדי לנתח
מערכות יחסים ארוכות טווח
במצבים שבהם אנשים רבים
צריכים לעבוד ביחד.
הוא אפילו פרסם מאמר
המתבסס על תורת המשחקים
כדי לפתור סוגיה עתיקה בתלמוד.
ארבעה ישראלים זכו בפרס נובל
לאחר אומן,
וכולם זכו בפרס באותו תחום.
צדקתם: בכימיה.
ראשית זכתה בו עדה יונת,
שחלקה את הפרס בכימיה בשנת 2009
עם שני מדענים נוספים שאינם ישראלים.
עד היום, יונת היא הישראלית היחידה
שזכתה בפרס נובל
ואחת מחמש נשים בלבד בכל העולם
שזכו בפרס הנובל בכימיה.
זוכרים איך צ'חנובר והרשקו
גילו את המערכת שבה משתמשים
תאים כדי לפרק חלבונים?
ובכן עבודתה של יונת התמקדה
בכיוון ההפוך:
איך תאים יוצרים חלבונים.
ספציפית, היא גילתה
כל מיני פרטים חדשים

Spanish: 
de analizar situaciones
como en el programa.
También amplió sus ideas
más allá de esta teoría,
a las interacciones sociales
cuando las usaba
para analizar las relaciones largas
en situaciones donde mucha gente
tiene que trabajar junta.
Incluso publicó un artículo
usando la Teoría de juegos
para resolver un antiguo debate
en el Talmud.
Cuatro israelíes han ganado
el Nobel desde Aumann
y todos en una misma categoría.
Lo habéis adivinado: química.
Primero tenemos a Ada Yonath,
que compartió el premio de 2009
con dos científicos no israelíes.
Hasta hoy,
Yonath es la única mujer israelí
que ha ganado un Premio Nobel
y una de las cinco mujeres
de todo el mundo
que han ganado
el Nobel de Química.
¿Recuerdan
cómo Ciechanover y Hershko
descubrieron el sistema
de las células
para dividir las proteínas?
Pues el trabajo de Yonath
se centró en todo lo contrario:
cómo las células crean proteínas.
En concreto,
descubrió muchos detalles nuevos
sobre la estructura
de los ribosomas,

Russian: 
частей клеток, отвечающих
за синтез белков.
Благодаря работе Йонат
мы знаем гораздо больше
о мельчайших, но наиболее
важных частях наших клеток.
Следующая Нобелевская премия
по химии была вручена
в 2011 году Дану Шехтману
за открытие квазикристаллов —
тип материалов, которые
одновременно являются и
не являются кристаллами.
В отличие от совершенно
симметричных по всем
сторонам кристаллов
эти образцы могут быть
симметричны только в
одном направлении.
Дело в том, что
раньше ученые думали,
что подобное невозможно
в реальной жизни.
Они никогда не видели
подобных материалов,
пока Шехтман случайно
их не обнаружил.
Он экспериментировал с
разными типами металлов,
когда заметил странный
узор данных.
В конце концов, он понял,
что смотрел на настоящие
квазикристаллы.
Потребовалось много времени,
прежде чем другие ученые
признали открытие Шехтмана,
но оно полностью изменило
некоторые фундаментальные
представления ученых
о материи.
Это и насмешки
других ученых, с которыми
Шехтману приходилось бороться.
вдохновили Нобелевский комитет

Spanish: 
las partes que fabrican
las proteínas.
Gracias al trabajo de Yonath,
ahora sabemos mucho más
sobre la parte más diminuta
pero más importante
de nuestras células.
El siguiente Nobel
de Química israelí llegó en 2011
cuando Dan Shechtman ganó
por descubrir los cuasicristales,
un tipo de material
que parece cristal
pero que tampoco lo es.
En vez de ser
perfectamente simétrico,
el patrón solo se extiende
en determinadas direcciones.
El caso es que los científicos
no creían
que esto fuera posible
en la vida real.
Nunca habían visto un material así
hasta que Shechtman
descubrió uno por accidente.
Estaba experimentando
con distintos metales
cuando observó un patrón extraño
en los datos.
Al final descubrió
que estaba mirando
un cuasicristal de verdad.
Tardó mucho tiempo
en que otros científicos aceptaran
su descubrimiento,
pero su hallazgo cambió
por completo cómo piensan
sobre algunos de los aspectos
más fundamentales de la materia.
Eso y el menosprecio
de otros científicos
que tuvo que combatir
motivaron al comité del Nobel

English: 
parts of the cell that make proteins.
Thanks to Yonath's work, we
now know a whole lot more
about some of the tiniest,
most important parts
of our cells.
The next Israeli Nobel Prize in Chemistry
came in 2011, when Dan
Schechtman won for his discovery
of quasicrystals.
A type of material
that's sort of a crystal,
but also sort of not.
Instead of being perfectly
symmetrical in every way,
the pattern might only
extend in certain directions.
The thing is,
scientists didn't think
this was actually possible
in real life.
They'd never seen a material like that
until Schechtman
discovered one by accident.
He was experimenting with
different types of metals
when he noticed a weird
pattern in the data.
Eventually, he figured out
that he was looking at a
real life quasicrystal.
It took a long time for other scientists
to accept Schechtman's discovery,
but their discovery totally changed
how scientists think about
some of the most fundamental
aspects of matter.
That and the ridicule
from other scientists
that Schechtman had to fight
inspired the Nobel Committee

iw: 
לגבי המבנה של ריבוזומים,
חלקי התא שיוצרים חלבונים.
הודות לעבודתה של יונת,
אנו יודעים כעת הרבה יותר
על כמה מהחלקים הקטנים ביותר
אך גם החשובים ביותר בתאים שלנו.
הפעם הבאה שישראלי זכה בפרס נובל
בכימיה הייתה ב-2011
כשדן שכטמן זכה בו
על גילוי קריסטלים כמו-מחזוריים,
סוג של חומר שהוא מעין קריסטל
אבל לא בדיוק.
במקום להיות סימטריים לחלוטין
בכל דרך,
הדפוס עשוי להתקיים
רק בכיוונים מסוימים.
העניין הוא שמדענים לא חשבו
שזה בכלל אפשרי במציאות.
הם מעולם לא ראו חומר כזה
עד ששכטמן גילה אחד בטעות.
הוא ערך ניסויים בסוגי מתכות שונים
כשהוא הבחין פתאום
בדפוס מוזר בנתונים.
בסופו של דבר הוא הבין שהוא מסתכל
על קריסטל כמו-מחזורי אמיתי.
לקח זמן רב
עד שמדענים אחרים קיבלו
את תגליתו של שכטמן,
אך התגלית שינתה לחלוטין
את האופן שבו מדענים חושבים
על חלק מההיבטים היסודיים
ביותר של חומרים.
עובדה זו, ביחד עם הזלזול
שהפנו מדענים אחרים כלפי שכטמן

Russian: 
вручить ему в 2011 году премию
за достижения в химии.
Следующее и пока
самое недавнее присуждение
израильтянам
Нобелевской премии
также было в области химии.
В 2013 году израильские
исследователи
Майкл Левитт и Арье Варшель
разделили премию с
американским
коллегой Мартином Карплусом.
Их вклад в отрасль —
это разработка компьютерной
программы,
которая позволяет ученым
симулировать химические
реакции, которые
они не могли
анализировать прежде.
Это были 1970-е гг.
Компьютеры уже существовали,
но это были огромные машины,
которые занимали целые комнаты.
И даже самые лучшие
имеющиеся компьютеры
были в тысячу раз менее
производительные,
чем современные смартфоны.
Но и те ранние компьютеры
были крайне полезными
для изучения химии.
Правда, те компьютеры
не могли справиться с
более крупными молекулами.
Они состояли из слишком
большого количества частиц,
чтобы производить вычисления
с высокой точностью.
Карплус, Левитт и Варшель
нашли способ точной
симуляции этих реакций
почти без использования
вычислительных ресурсов.

Spanish: 
a concederle el premio de Química
en 2011.
El siguiente
y más reciente Premio Nobel
concedido a los israelíes
fue otro premio de química.
En 2013, los investigadores
israelíes
Michael Levitt y Arieh Warshel
compartieron premio con su colega
estadounidense Martin Karplus.
Su contribución al campo:
un tipo de programa informático
que ha permitido a los científicos
a simular reacciones químicas
que no habrían podido
analizar antes.
Fue en los años 70.
Los ordenadores existían,
pero eran máquinas enormes
que ocupaban
habitaciones enteras.
Hasta los mejores ordenadores
existentes
eran miles de veces
menos potentes
que el "smartphone" más corriente.
Aun así,
aquellos primeros ordenadores
fueron muy útiles
para estudiar química.
Pero los ordenadores de entonces
no podían analizar
moléculas mayores.
Había demasiadas partes
moviéndose
para calcularlas con precisión.
Karplus, Levitt y Warshel
hallaron una forma de simular
esas reacciones con precisión
sin usar tanta potencia informática.

iw: 
גרמו לוועדת הנובל
להעניק את לו הפרס בכימיה בשנת 2011.
פרס הנובל הבא, והאחרון לעת עת,
שהוענק לישראלי
היה פרס נוסף בכימיה.
בשנת 2013, החוקרים הישראלים
מיכאל לויט ואריה ורשל
חלקו את הפרס עם עמיתם האמריקאי
מרטין קרפלוס.
תרומתם לתחום: סוג של תוכנת מחשב
שמאפשרת למדענים לבצע הדמיה
של תגובות כימיות
שהם מעולם לא יכלו לבחון בעבר.
זה היה בשנות ה-70.
מחשבים היו קיימים,
אך הם היו מכונות ענקיות
בגודל של חדרים שלמים.
ואפילו המחשבים הטובים ביותר
היו פי אלף פחות מתוחכמים
מהסמארטפון הממוצע.
עדיין, אפילו המחשבים המוקדמים האלו
סייעו מאוד לחקר הכימיה.
אך מחשבים באותה תקופה לא
יכלו להתמודד עם מולקולות גדולות מדי.
היו יותר מדי חלקים בתנועה
ולא ניתן היה לבצע חישוב מדיוק.
קרפלוס, לויט וורשל
מצאו דרך לבצע הדמיה מדויקת
של התגובות האלו
שדרשה הרבה פחות חישובים.

English: 
to award him the Chemistry Prize in 2011.
The next, and currently
the most recent Nobel Prize
to be awarded to Israelis was
yet another Chemistry Prize.
In 2013, Israeli
researchers Michael Levitt
and Arieh Warshel shared the Prize
with their American
colleague, Martin Karplus.
Their contribution to the field,
a type of computer program
that has allowed scientists
to simulate chemical reactions
they would never have been
able to analyze before.
It was the 1970s, computers existed,
but they were enormous machines
that took up entire rooms,
and even the best computers in existence,
were thousands of times less powerful
than the average smartphone.
Still, even those early
computers were super helpful
for studying chemistry.
But computers of the time
just couldn't handle larger molecules,
there were just too many moving parts
to calculate with much accuracy.
Karplus, Levitt, and
Warshel figured out a way
to simulate those reactions accurately
without using nearly as
much computational power.

Russian: 
Этот подход был невероятно
полезным в то время,
учитывая, что компьютеры
были не очень мощными.
Но даже сейчас ученые
все еще используют ее для
изучения реакций, которые
не по зубам даже
современным компьютерам.
Нобелевские премии часто
присуждались за новаторские
открытия, совершенные
десятки лет назад, но
в этом случае их достижение
используется до сих пор.
В некотором роде, это
справедливо для Израиля
в целом.
Первые сионисты основали
страну, в которой
особое значение придавалось
связи с реальным миром,
что почти неизбежно повлекло
за собой приверженность
знаниям
и стремление к инновациям.
И если можно судить по
Нобелевским премиям Израиля,
это отношение
сохраняется и сегодня.
Спасибо за просмотр.
Увидимся на следующей неделе.

iw: 
לגישה הזו הייתה תועלת רבה
באותה תקופה
מאחר שהמחשבים לא היו כל כך חזקים.
אבל אפילו היום מדענים עדיין
משתמשים בה לחקר תחומים בכימיה
שאפילו המחשבים של היום
לא היו יכולים להתמודד איתם בלעדיה.
פרסי נובל מוענקים לרוב
עבור תגליות פורצות דרך
שהתרחשו לפני עשרות שנים,
אבל במקרה הזה
עבודתם עדיין נמצאת היום בשימוש רב.
במובן מסוים, זה נכון
לגבי מדינת ישראל בכללותה.
הציונים הראשונים הקימו מדינה
שהדגישה חיבור לעולם האמיתי
וכרכה עימו
מחויבות כמעט בלתי נמנעת לידע
ושאיפה לחדשנות.
ואם אפשר לשפוט לפי
פרסי הנובל של ישראל,
הגישה הזו ממשיכה להתקיים עד היום.
תודה שצפיתם.
נתראה בשבוע הבא.

Spanish: 
Este enfoque fue muy útil entonces
ya que los ordenadores
no eran muy potentes.
Pero hoy los científicos siguen
usándolo para estudiar química
ya que los ordenadores actuales
no serían lo bastante potentes
para realizarlo.
A menudo se otorgan
los Premios Nobel
por descubrimientos
revolucionarios
que pasaron hace décadas,
pero en este caso, su trabajo
sigue siendo de mucha utilidad.
En cierto modo,
es fiel al espíritu de Israel.
Los primeros sionistas
fundaron un país
que recalcaba
una conexión con el mundo real
y llevaban consigo
una dedicación a los conocimientos
y un progreso a la innovación.
Y si los Premios Nobel de Israel
son algo que acompaña,
es una actitud que continúa
hasta el día de hoy.
Gracias por vernos.
Hasta la próxima semana.

English: 
This approach was
incredibly helpful back then
since computers weren't
exactly super powerful.
But even now, scientists
are still using it
to study chemistry that
even today's computers
wouldn't be powerful
enough to handle otherwise.
Nobel Prizes are often awarded
for groundbreaking discoveries
that happened decades ago,
but in this case, their
work is still very much
in use today.
In a way, that's true for the
State of Israel as a whole.
The early Zionists founded a country
that emphasized connection
to the real world,
and brought with it an
almost inevitable dedication
to knowledge and drive towards innovation.
And if Israel's Nobel Prizes
are anything to go by,
that's an attitude that
continues to this day.
Thanks for watching,
see you guys next time.
(upbeat music)
