
Russian: 
Так что ты делаешь, когда якобы
создал диктатуру пролетариата,
а у тебя вряд ли есть пролетарии? Вы
строить заводы, их много, потому что где
Есть заводы, есть рабочие. Но
если большинство крестьян становятся рабочими, кто
обеспечит рабочих хлебом? И сейчас
что мы отменили коммерцию, что будет
рабочие делают со своей зарплатой? Это
некоторые вопросы, стоящие перед Сталиным в 1932 году
как его первый пятилетний план под контролем государства
индустриализация идет в хаос в прошлом году
Добро пожаловать в период между двумя войнами в хронологическом порядке
Резюме межвоенных лет, охватывающих все
грани жизни, неуверенность, гедонизм,
и эйфория, и в конечном итоге человечество
погружение во тьму Второй Мировой
Война. Я Инди Нейделл.

English: 
So what do you do when you’ve ostensibly
created the dictatorship of the proletariat,
but you hardly have any proletarians? You
build factories, lots of them, because where
there are factories there are workers. But
if most of the peasants become workers, who
will provide the workers with bread? And now
that we’ve abolished commerce, what will
the workers do with their wages? These are
some of the questions facing Stalin in 1932
as his first five year plan for state controlled
industrialization goes into its chaotic last year
Welcome to Between-2-Wars a chronological
summary of the interwar years, covering all
facets of life, the uncertainty, hedonism,
and euphoria, and ultimately humanity’s
descent into the darkness of the Second World
War. I’m Indy Neidell.

English: 
As the twenties progress, the USSR comes under
increasing pressure from within to evolve.
The country faces constant food shortages,
despite that the former lands of the Russian
Tsar are mainly agricultural. Industry is
underdeveloped and infrastructure is far behind
the western world. Stalin and the rest of
the soviet Central Committee also perceive
themselves to be under imminent threat from
both within and abroad, so they want more
military power.
During the years of the civil war and the
ensuing wars, this had been solved with what
became known as “War Communism”. Pretty
much a euphemism for systematic plunder and
robbery through war-spoils, expropriation,
and forced requisitioning of agricultural
produce. Coupled with the abolition of free
commerce and trade, by 1921 this is having
disastrous effects on the economy, with widespread
starvation and unemployment crippling Bolshevik
Russia and its dominions.
Vladimir Lenin, then leader of the Soviet
sees no other way out than to implement his

Russian: 
По мере развития двадцатых годов СССР подвергается
увеличивая давление изнутри, чтобы развиваться.
Страна сталкивается с постоянной нехваткой продовольствия,
несмотря на то что бывшие русские земли
Царь в основном сельскохозяйственный. Промышленность
слаборазвитый и инфраструктура далеко позади
западный мир. Сталин и остальные
Советский Центральный Комитет также воспринимает
сами быть под непосредственной угрозой
как внутри, так и за рубежом, поэтому они хотят больше
военная власть.
В годы гражданской войны и
последовавшие войны, это было решено с помощью чего
стал известен как «военный коммунизм». милая
много эвфемизма для систематического грабежа и
грабеж через военные трофеи, экспроприацию,
и принудительная реквизиция сельскохозяйственных
производить. В сочетании с отменой свободных
коммерция и торговля, к 1921 году
катастрофические последствия для экономики, с
голод и безработица наносят вред большевикам
Россия и ее владения.
Владимир Ленин, тогдашний лидер Совета
не видит другого выхода, кроме как реализовать его

English: 
New Economic Policy, the NEP. It’s an attempt
to solve the immediate economic problems by
reintroducing elements of free market economics,
such as profit-seeking and private trade.
Yet several features, including banking and
large industries, remain under state control.
It solves the immediate pains somewhat, most
significantly it leads to less starvation,
but doesn’t create much progress, especially
not in manufacturing and infrastructure.
See, the central problem for what has now
become the USSR is that going back to the
old ways won’t solve that it’s in large
parts still stuck in a pre-industrialized
economic structure, which is perhaps paradoxical
for a country that has now gone through a
revolution meant to liberate the industrial
working class masses. In reality, this means
that it is everything but well suited for
Karl Marx predicted worker’s revolution

Russian: 
Новая экономическая политика, нэп. Это попытка
решить насущные экономические проблемы путем
восстановление элементов экономики свободного рынка,
такие как поиск прибыли и частная торговля.
Еще несколько функций, в том числе банковские и
крупные отрасли, остаются под контролем государства.
Это решает непосредственные боли несколько, большинство
значительно это приводит к меньшему голоду,
но не создает большого прогресса, особенно
не в производстве и инфраструктуре.
Видите, центральная проблема для того, что сейчас
стать СССР, что вернуться к
старые способы не решат, что это в целом
части все еще застряли в доиндустриализированном
экономическая структура, что, возможно, парадоксально
для страны, которая сейчас прошла через
революция означала освобождение промышленного
массы рабочего класса. На самом деле это означает
что это все, но хорошо подходит для
Карл Маркс предсказал рабочую революцию

Russian: 
что он предвидел в промышленно развитых странах
Западной Европы, а не аграрного Востока.
Маркс утверждал, что установление социализма
придет органически в результате большинства
рабочий класс в индустриальном обществе
создание социальных изменений на низовом уровне.
Это вера, которая когда-то освободилась от своих оков,
и когда класс был отменен революцией,
пролетариат волшебным образом правит собой
в блаженной диктатуре пролетариата.
Но в Советском Союзе в 1920-е годы, если вы
чувствую, что это марксистское видение даже возможно
и обязательно, такая индустриализация будет иметь
чтобы создать этот рабочий класс,
и до тех пор применение государственной власти
нужно будет сверху вниз. Очевидно, это
немного сложнее, что это, но
значительно упрощен: хотя большевики
требовать революции во имя пролетариата
и крестьяне, их отношение к
крестьянский класс в лучшем случае амбивалентен, а в
времена прямо убийственные, как мы увидим

English: 
that he foresaw in the industrialized countries
of western Europe, not the agrarian East.
Marx posited that the establishment of socialism
would come organically as a result of a majority
working class in an industrialized society
creating social change from the grass roots.
It’s the belief that once freed of its shackles,
and once class has been abolished by revolution,
the proletariat will magically rule itself
in a blissful dictatorship of the proletariat.
But in the Soviet Union in the 1920s, if you
feel that this Marxist vision is even possible
and a must, such industrialization will have
to be carried out to create this working class,
and until then the application of state power
will need to be top-down. Obviously, it’s
quite a bit more complicated that that, but
vastly simplified: although the Bolsheviks
claim a revolution in the name of the proletariat
and the peasants, their relationship to the
peasant class is at best ambivalent, and at
times downright murderous, as we shall see

Russian: 
здесь и в более позднем эпизоде.
Во всяком случае, когда Ленин умирает в 1924 году, другой
Коммунистические лидеры проводят несколько лет в борьбе
о том, кто будет новым боссом, вместо
решения этого слона в комнате. Это
В основном это Иосиф Сталин и Леон Троцкий, которые
соперничать за власть. Короче говоря;
в 1928 году Сталин выходит победителем, когда он изгоняет
Троцкий из партии и заставляет его в
изгнанник.
Сталин сейчас чувствует острую необходимость принять
Русские доминировали в Советском Союзе вперед в
любой ценой.
Он чувствует, что СССР находится под непосредственной угрозой
или разваливается, или быть разобранным
от внешних сил, или как он будет риторически спрашивать
в 1931 году «Вы хотите нашего социалистического отечества
быть побежденным и потерять свою независимость?
Если вы не хотите этого, вы должны положить конец
в его отсталости в кратчайшие сроки
время."
Со свежими воспоминаниями о Первой мировой войне,
Гражданская война в России, попытки независимости

English: 
here and in a later episode.
Anyway, when Lenin dies in 1924, the other
Communist leaders spend a few years infighting
about who is going to be the new boss, instead
of addressing this elephant in the room. It
is mainly Josef Stalin and Leon Trotsky who
vie for power. To make a long story short;
in 1928 Stalin emerges victorious as he expels
Trotsky from the party and forces him into
exile.
Stalin now feels an urgent need to take the
Russian dominated Soviet Union forward at
any price.
He feels that the USSR is under imminent threat
of either falling apart, or being dissembled
from external forces, or as he will ask rhetorically
in 1931, “Do you want our socialist fatherland
to be beaten and to lose its independence?
If you do not want this, you must put an end
to its backwardness in the shortest possible
time.”
With fresh memories of the First World War,
the Russian Civil War, the attempts at independence

English: 
of the former western lands of the Russian
Empire that resulted in millions of deaths,
military needs are seen as fundamental. Beginning
in 1926, the Soviet government undergoes a
war scare that intensifies in 1927. While
an imminent threat does not necessarily exist,
the fear is not baseless. Just in January
1927, senior figures such as the Editor-in-Chief
of Pravda Nikolai Bukharin, Chairman of the
Council of People's Commissars of the Soviet
Union Alexei Rykov, and People's Commissar
for Defense of the Soviet Union Kliment Voroshilov
all warn of the imminence of war.
In the East they fear that Japan or even the
US might renew activities on the Russian Western
Pacific Rim that ended after the Civil War.
They worry that Great Britain, who had also
been involved in the civil war, might encourage
encroachment eastward by Poland. This worry
is made particularly strong by Poland’s
policy of ‘Prometheanism’, a program by

Russian: 
из бывших западных земель русских
Империя, которая привела к миллионам смертей,
военные потребности рассматриваются как фундаментальные. начало
в 1926 году советское правительство подвергается
страшная война, которая усиливается в 1927 году.
неизбежная угроза не обязательно существует,
страх не беспочвенен. Только в январе
1927, старшие фигуры, такие как главный редактор
Правды Николай Бухарин, председатель
Совет Народных Комиссаров Совета
Союз Алексея Рыкова и наркома
За оборону Советского Союза Климент Ворошилов
все предупреждают о неизбежности войны.
На Востоке они боятся, что Япония или даже
США могут возобновить деятельность на российском Западе
Тихоокеанский край, закончившийся после гражданской войны.
Они волнуются, что Великобритания, которая также
был вовлечен в гражданскую войну, может способствовать
вторжение на восток со стороны Польши. Это беспокойство
сделан особенно сильным польскими
политика "Прометеанизм", программа

Russian: 
Юзеф Пилсудский, который сейчас является диктатором
Польша, чтобы ослабить Советский Союз, поддерживая
националистические и сепаратистские движения.
Чтобы противостоять этому, им нужно больше оружия, но они
больше не может полагаться на «военный коммунизм».
Просто не хватит грабить.
И несмотря на секретный военный обмен между
Красная Армия и немецкий рейхсвер стартуют
уже в 1921 году у них мало международных
союзники, которые будут их поддерживать. Они могут и
делать покупки оружия из-за рубежа, но не хватает
наличность или кредитоспособность, необходимые для этого
в масштабе, не говоря уже о том, что это делает их
зависит от внешних связей.
Столкнувшись со всеми этими срочными обязанностями Сталина, с
его глубоко укоренившаяся ненависть к капитализму видит
выход один - строгий военный стиль
план быстрой контролируемой государством индустриализации.
И быстрое преуменьшение, в то же
выступая в 1931 году, он говорит: «Мы
пятьдесят или сто лет позади продвинутого
страны. Мы должны сделать это расстояние

English: 
Józef Piłsudski, who is now dictator of
Poland, to weaken the Soviet Union by supporting
nationalist and separatist movements.
To counter this they need more arms, but they
can no longer rely on ‘War Communism’.
There simply isn’t enough left to plunder.
And despite a secret military exchange between
the Red Army and the German Reichswehr starting
already in 1921, they have few international
allies that will support them. They can and
do purchase arms from abroad, but lack the
cash or credit worthiness needed to do so
at scale, not to mention that it makes them
dependent on foreign relations.
Faced with all these urgencies Stalin, with
his deep-seated hatred of capitalism sees
only one way out - a strict military style
plan for rapid state-controlled industrialization.
And rapid is an understatement, in the same
speech as earlier in 1931 he says, “We are
fifty or a hundred years behind the advanced
countries. We must make good this distance

Russian: 
в десять лет. Либо мы делаем это, либо мы идем под. »
Итак, в десять раз быстрее, чем на западе
разработаны. Его инструмент для этого будет
его пятилетние планы, с целями, поставленными не на
реализм и возможности, но идеология и
необходимость. Вместо того, чтобы разрешить рынок
определить стоимость, производство и потребление,
Пятилетний план продиктован правительством.
Квоты установлены для различных продуктов.
с целью увеличения производства значительно.
Все время советская экономика едва оправилась
к его уровням 1914 года к 1928 году. Это будет жестоким
план, основанный сознательно на страданиях, голоде,
и смерть миллионов советских граждан.
На самом деле, цели более чем амбициозны,
они просто нереальные. Самый драматичный
влияние на людей выйдет из того, как
они планируют кормить массы, выполняя их
строить планы. Мы рассмотрим это в отдельном эпизоде
подробно, но пока достаточно сказать

English: 
in ten years. Either we do it or we go under.”
So, as much as ten times faster than the west
developed. His instrument for that will be
his Five Year Plans, with goals set not on
realism and opportunity, but ideology and
necessity. Rather than permitting the market
to determine cost, production, and consumption,
the Five Year Plan is dictated by the government.
Quotas are established for various products
with the goal of increasing production significantly.
All while the Soviet economy has barely recovered
to its 1914 levels by 1928. It will be a brutal
plan built knowingly on the suffering, starvation,
and death of millions of Soviet citizens.
In fact, the targets are more than ambitious,
they are simply unrealistic. The most dramatic
effect on the people will come out of how
they plan to feed the masses executing their
plan. We will cover that in a separate episode
in detail, but for now it’s enough to say

Russian: 
что аграрная часть плана имеет два
части; принудительная коллективизация всех хозяйств,
и «ликвидация кулачества как
класс, 'с последним превращается в прямо
массовое убийство. Короче говоря, это катастрофический
отказ. С 1928 по 1933 год
выпуск продукции уменьшается на 18,5% со скотом
продукты падают на потрясающие 56%.
Это не только создает нехватку продовольствия,
даже голод, у него есть серьезный удар по эффектам.
Например; внезапное падение крупного рогатого скота, которое
были необходимы для тяги, чтобы пахать поля,
приводит к увеличению числа тракторов
необходимо. Вместо корректировки плана они
просто поднять квоту новых тракторов. снижение
в производстве продуктов питания приводит к реализации
нормирование в мирное время, снижение производительности
голодных рабочих. Когда они не могут
выполнить квоты, они просто переехали в
следующий срок. Другие материалы, такие как
различные металлы, должны быть импортированы. Финансировать
что они экспортируют продукты питания, такие как зерно

English: 
that the agrarian part of the plan has two
parts; forced collectivization of all farms,
and ‘the liquidation of the kulaks as a
class,’ with the latter turning into downright
mass murder. It is, in short, a catastrophic
failure. Between 1928 and 1933, agricultural
output diminishes by 18.5% with livestock
products falling by a stunning 56%.
Not only does this create food shortages,
even starvation, it has serious knock on effects.
For instance; the sudden drop in cattle, which
were needed for draft power to plow the fields,
results in a rise of the number of tractors
needed. Instead of adjusting the plan, they
simply raise the quota of new tractors. Decline
in food production leads to the implementation
of rationing in peacetime, decreasing productivity
of the hungering workers. When they can’t
fulfill the quotas, they’re just moved to
the next deadline. Other materials, such as
various metals, have to be imported. To finance
that, they export food products like grain

English: 
that are already not sufficient to feed the
population. Even for an isolated economy like
the USSR, starting in October 1929 the global
depression further exacerbates import and
export goals, but the plan still doesn’t
change.
As Stalin tightens his dictatorial grip, and
his goals are not met, he uses radicalization
to try to force to goals through.
More cautious engineers are denounced as undermining
the Soviet Union’s advancement and labelled
bourgeois saboteurs. The plan become more
and more divorced from the reality on the
ground. And yet, in 1931, Stalin confidently
claims “There are no fortresses Bolsheviks
cannot capture!” Economic planners with
more limited visions are marginalized while
ideologues are promoted in their place in
an increasingly out of control system.

Russian: 
которых уже недостаточно, чтобы накормить
численность населения. Даже для изолированной экономики, как
СССР, начиная с октября 1929 года в мире
депрессия еще более усугубляет импорт и
экспортные цели, но план все еще не
менять.
Как Сталин ужесточает свою диктаторскую хватку, так и
его цели не достигнуты, он использует радикализацию
пытаться пробиться к целям.
Более осторожные инженеры осуждаются как подрыв
продвижение Советского Союза и помечены
буржуазные диверсанты. План стал больше
и более оторваны от реальности на
земля. И все же в 1931 году Сталин уверенно
утверждает, что «нет никаких крепостей большевиков
не может захватить! »Экономические планировщики с
более ограниченные видения маргинализированы в то время как
идеологи продвигаются на их месте в
все более и более неконтролируемая система.

English: 
But, as the economic historian Eugène Zaleski
notes, the goals may have been largely immaterial.
“Stalin was a man of action, and industrialization
meant for him the intensified construction
of factories, the development of new branches
of industry and new regions, the improvement
of labor skills, and the reduction of economic
dependence on the outside world. His vision
of industrial development was of a vast program
of large works, but works carried out under
the impetus of a drive imbued with ideological
fanaticism. Under these conditions, what would
it matter whether these immense works were
completed in three, four, or ten years?”
But the optimism that took hold of the planners
had some justification. Following the end
of the Russian Civil War, the Soviet economy,
and the industrial sector in particular, saw
a high growth rate. Experience in the First
World War also contributed to the belief that
resources were underutilized. For example,
the Russian Empire had greater economic output

Russian: 
Но, как экономист историк Эжен Залески
отмечает, что цели, возможно, были в значительной степени несущественными.
«Сталин был человеком действия и индустриализации
значило для него усиленное строительство
заводов, развитие новых отраслей
промышленности и новых регионов, улучшение
трудовых навыков, и сокращение экономических
зависимость от внешнего мира. Его видение
промышленного развития было обширной программы
крупных работ, но работы выполняются под
импульс драйва проникнут идеологическим
фанатизм. В этих условиях, что бы
Неважно, были ли эти огромные работы
завершено через три, четыре или десять лет? »
Но оптимизм охватил планировщиков
было какое-то оправдание. После окончания
Гражданская война в России, советская экономика,
и промышленный сектор, в частности, увидел
высокий темп роста. Опыт работы в первом
Мировая война также способствовала убеждению, что
ресурсы были использованы недостаточно. Например,
Российская империя имела большую экономическую отдачу

English: 
in 1916 than in 1913 despite the effects of
the war, including territorial losses. And
as mentioned earlier, the ongoing war scare
helped produce an existential fear in which
rapid industrialization was less of a choice
but more of an urgent and unavoidable necessity.
And, believe it or not- in terms of industrial
output, although it doesn’t meet Stalin’s
insane goals, it is undoubtedly effective.
Industrial output skyrockets, taking the Soviet
Union from being the fifth nation in absolute
terms of industrial capacity in 1928 to being
the second by 1932, trailing only the United
States. Not only that, many of the goals are
achieved ahead of time. With the statistics
on the first two years in hand, Stalin proclaims
that the plan could be achieved in four years,
partially due to what he calls “the enthusiasm
of the workers”. This is embodied in posters
that read “2+2=5”.

Russian: 
в 1916 году, чем в 1913 году, несмотря на последствия
война, в том числе территориальные потери. А также
как уже упоминалось ранее, продолжающиеся войны пугают
помог произвести экзистенциальный страх, в котором
быстрая индустриализация была меньше выбора
но скорее насущная и неизбежная необходимость.
И, хотите верьте, хотите нет - с точки зрения промышленного
выход, хотя и не соответствует сталинскому
Безумные цели, это, несомненно, эффективно.
Промышленный выпуск взлетел до СССР
Союз из пятой нации в абсолюте
условия промышленного потенциала в 1928 году, чтобы быть
второй к 1932 году, уступая только США
Состояния. Мало того, многие из целей
достигнуто раньше времени. Со статистикой
в первые два года Сталин провозглашает
что план может быть достигнут за четыре года,
частично из-за того, что он называет «энтузиазмом
рабочих ». Это воплощено в постерах
что гласит «2 + 2 = 5».

English: 
And it isn’t a transformation that just
focuses on putting out product. Prior to the
Five Year Plan, the Soviet Union lacks even
the basic industries, which are needed for
industrial development in the first place.
So they depend on tools and machinery from
abroad, or as the Soviet foreign trade theoretician
D. D. Mishustin will note in 1938, the country’s
development depended on “capitalist technology”
and that “equipment of the very latest design
and construction” was required “in order
to free the country from the need of importing
this machinery and equipment once the goal
had been reached.”
But now in 1932, the Soviets are still in
desperate need of western machinery so that
they continue exporting their badly needed
goods, such as grain while the population
starves.
And it isn’t just food that is scarce, living
standards overall suffer considerably. While

Russian: 
И это не трансформация, которая просто
фокусируется на выпуске продукта. До
Пятилетка, Советскому Союзу не хватает даже
основные отрасли, которые необходимы для
промышленное развитие в первую очередь.
Таким образом, они зависят от инструментов и оборудования от
за границей или как советский теоретик внешней торговли
Д.Д. Мишустин отметит в 1938 г. страну
развитие зависело от «капиталистических технологий»
и это «оборудование самого последнего дизайна
и строительство "потребовалось" в порядке
освободить страну от необходимости ввоза
эта техника и оборудование когда-то цель
был достигнут ".
Но теперь, в 1932 году, Советы все еще находятся в
отчаянно нуждаются в западной технике, чтобы
они продолжают экспортировать свои крайне необходимые
товары, такие как зерно в то время как население
голодает.
И дело не только в еде
стандарты в целом значительно страдают. Пока

English: 
urban housing increases by 12%, it doesn’t
keep up with massive urban population growth.
And this is a slap in the face of the workers,
who now go into newly built modern factories
only to return home to pre-war era housing
units without any kind of sanitation. Health
care can’t keep up with urbanization and
so on. But even if all that is solved, it’s
not enough to just keep people alive to keep
them productive.
They Bolsheviks now have to train largely
uneducated peasants into skilled machine operators.
It turns out to be a massive challenge, but
they do manage to increase the skilled workforce
to some degree with systematic training and
new incentive structures. Skilled workers
are given better housing and higher food rations.
In October 1931, their wages increase on average
by 30%. For some in the coal and metal industries,
wages even increase by 100%.

Russian: 
городское жилье увеличивается на 12%, оно не
идти в ногу с массовым ростом городского населения.
И это пощечина рабочим,
кто сейчас идет в недавно построенные современные заводы
только чтобы вернуться домой в довоенное жилье
агрегаты без каких-либо санитарных условий. Здоровье
уход не может идти в ногу с урбанизацией и
скоро. Но даже если все это решено, это
не достаточно, чтобы просто поддержать людей
их продуктивные.
Их большевики сейчас должны тренировать во многом
необразованные крестьяне в квалифицированных машинистов.
Это оказывается серьезной проблемой, но
им удается увеличить квалифицированную рабочую силу
в некоторой степени с систематическим обучением и
новые стимулирующие структуры. Квалифицированные рабочие
дают лучшее жилье и более высокие продовольственные пайки.
В октябре 1931 года их заработная плата в среднем увеличивается
на 30%. Для некоторых в угольной и металлургической промышленности,
заработная плата даже увеличивается на 100%.

Russian: 
Но что хорошего в увеличении заработной платы, если никто не может
тратить деньги? До первой пятилетки
План, массовые потребительские товары в основном отсутствовали
в советском союзе. Население вместо
полагался на изделия ручной работы. Но курстаны
(«ремесленники») по существу
уничтожен как категория в 1928 году с сильным
ликвидация частного сектора. В 1931/32
когда становится ясно, что платить людям, когда
нечего покупать не много зарабатывает
смысл, Курстаны разрешено возобновлять
их старая профессия. Параллельно государственная
и запустить открытые магазины, которые обеспечивают медленно
увеличение производства товаров народного потребления, а также
дефицитные продукты питания.
В сельской местности еду не только мало,
но вряд ли доступны вообще, особенно между
лето 1932 года и весна 1933 года.
прокормить растущий пролетариат, большевиков
просто едем в деревню и
принимая уже скудную еду от

English: 
But what good are wage increases if one can’t
spend money? Prior to the first Five Year
Plan, mass consumer goods were largely absent
in the Soviet Union. The population instead
relied on handcrafted products. But the kurstany
(‘handicraft workers’) are essentially
wiped out as a category in 1928 with the forceful
elimination of private industry. In 1931/32
when it becomes clear that paying people when
there is nothing to buy doesn’t make much
sense, the kurstany are permitted to resume
their old trade. In parallel, state owned
and run stores open that provide the slowly
increasing output of consumer goods, and the
scarce food products.
In the countryside food is not only scarce,
but hardly available at all, especially between
summer 1932 and spring 1933. You see, by then
to feed the growing proletariat, the Bolsheviks
are simply going into the countryside and
taking the already meager food away from the

Russian: 
крестьяне, даже буквально крадут их
кухонные столы. В этом году 1932 в середине
1933 фермеры и их семьи умрут в
гонит особенно в украине, они будут голодать
до такой степени, что многие из них будут просто
офигительно, как они ходят. Мужчины, женщины, дети,
семьи, целые деревни будут поддаваться тому, что
Геноцид можно описать только голодом.
В целом, по крайней мере, 4,5 миллиона человек, возможно,
еще многие будут платить жизнью за Сталина
программа прогресса.
Они умирают за программу индустриализации
что будет играть важную роль в событиях
вызывая еще больше смертей советских граждан
всего за восемь лет.
Но это также будет иметь другой существенный эффект
на второй мировой войне, по сути, решающую роль. Кремль
усилия по распространению промышленности по всей
страна, не только западная, но и европейская
часть страны, приводит к массивным
индустриализация за Уралом

English: 
peasants, even literally stealing it off their
kitchen tables. In this year 1932 into mid
1933 farmers and their families will die in
droves especially in Ukraine, they will starve
to the point that many of them will simply
drop dead as they walk. Men, women, children,
families, whole villages will succumb to what
can only be described as a genocide by hunger.
All in all, at least 4.5 million people, perhaps
many more will pay with their lives for Stalin’s
progress program.
They die for a program of industrialization
that will play an essential role in events
causing even more deaths of Soviet citizens
in only eight years.
But it will also have another essential effect
on WW2, in fact a decisive role. The Kremlin’s
effort at spreading out industry throughout
the country, not just in the western and European
portion of the country, results in massive
industrialization past the Ural Mountains

English: 
and in Central Asia. Great sprawling factories
in the heartland of Russia where an invading
army will have great difficulty to reach them.
Factories that might now be producing tractors,
but can easily be transformed into making
guns, ammunitions, planes, and tanks. Overall,
it’s a transformation on a scale that is
hardly imaginable. One day it will amaze Hitler
who, in the only surviving recording of a
private conversation by the Führer, will
express his utter shock to Finnish Field Marshal
Mannerheim that in a single Soviet tank factory
there are sixty thousand workers… and that
is only one factory. Across the Soviet Union
there will be millions and millions of workers
producing an endless output of the tools of
death with tools carved from the dead.
To understand how Stalin came into power in
the first place, you can view our Between

Russian: 
и в Центральной Азии. Большие раскидистые фабрики
в самом сердце России, где вторжение
армии будет очень сложно добраться до них.
Заводы, которые сейчас могут производить тракторы,
но может быть легко преобразован в создание
оружие, боеприпасы, самолеты и танки. В целом,
это преобразование в масштабе, который
едва ли можно представить. Однажды это поразит Гитлера
кто в единственной сохранившейся записи
частный разговор фюрера
выразить свой полный шок финскому фельдмаршалу
Маннергейм, что в единственном советском танковом заводе
Есть шестьдесят тысяч рабочих ... и это
это только одна фабрика. По всему советскому союзу
будут миллионы и миллионы рабочих
производя бесконечный выход инструментов
смерть с инструментами, вырезанными из мертвых.
Чтобы понять, как Сталин пришел к власти в
Во-первых, вы можете просмотреть наш Между

Russian: 
Эпизод двух войн об этом, нажав вправо
Вот. Наш покровитель недели - Николай Арбластер.
Благодаря Николаю и Армии TimeGhost,
мы можем сделать больше видео, как это. Помните
подписаться и нажать на звонок! Увидимся позже
время!

English: 
Two Wars episode about that by clicking right
here. Our patron of the week is Nicholas Arblaster.
Thanks to Nicholas and the TimeGhost Army,
we can make more videos just like this. Remember
to subscribe and click the bell! See you next
time!
