Перевод: Артём Синицкий 
 Субтитры: Wax.Ninja
Дамы и господа, парни и девчонки, поприветствуйте. 
 Легендарный Kenny Dixon Jr.
С собой он привез своих подруг, пластинки,
и сегодня мы попробуем всё сделать несколько в ином формате.
Детройт в здании.
Спасибо, и давайте поблагодарим нашего Benji.
Знаете, этот парень классный,
именно такие мне нравятся сегодня.
Хотя эти девочки мне больше по душе.
Микрофон можете сделать немного потише.
 Ты можешь сделать это сам.
Я вижу, вы все чудесно провели вчера время. 
 Ты отлично отыграл на Rollerskating Jam, мужик.
Вам понравилось?
 Я отлично провел время.
Чел, я помню тебя, устраивайся поудобней.
Как дела, здоровяк?
Да, этот чувак вон там приехал к нам из Африки.
Встань, братан, покажись.
Ему пришлось преодолеть большой путь, врубаетесь?
 Отличный чувачелла. Классно оторвались вчера.
 Он тоже там был.
Как ты там, Benji,  всё в порядке?
Да, мужик. Я думаю, для большинства из нас здесь в Лондоне, 
 не знаю, как для остальных в зале,
но на моей памяти у нас ещё не было 
 роликовой дискотеки такого масштаба, как вчера.
Поднимите руки, кто впервые оказался на подобной вечеринке.
 Посмотри только на всех этих людей.
Вам всем надо бы приехать к нам в Ди.
Таких мест в Детройте на каждом углу,
и мы постоянно там отвисаем.
Да, и ещё хочу, чтобы вы знали,
я за словом в карман не лезу и люблю порой матюкнуться.
Так что если не терпите словечки, типа 
 «хрень», «засранец», «ниггер»,
 и все в таком духе,
то вынужден вас огорчить.
Потому что за языком я не слежу
и не хочу здесь кем-то притворяться.
Но вот что я могу вам пообещать:
говорить я буду правду,
и буду я только собой.
И никем другим здесь прикидываться не собираюсь,
также, как и во время моих ди-джей сетов 
 или живых выступлений.
И я не считаю себя супер зашибенным ди-джеем,
без проблем говорю это.
И я не собираюсь ставить вам супер модные пластинки.
Но каждый раз, стоя за вертаками, 
 я буду доносить до вас правду.
Где бы я ни играл до этого момента.
Сидя дома в Детройте
или колеся по городу в своей «Импале»,
я слушаю те же самые песни, поверьте.
Поэтому, когда промоутеры хотят 
 пригласить меня в своё заведение,
я всегда готов поделиться своей атмосферой.
Но я против того, чтобы давать слушателям 
часть их же самих.
Потому что есть миллионы людей, которые играют музыку
и могут забить ваш ночной клуб до отказа,
но я не из их числа.
С вами я готов делиться своей атмосферой и тем, что происходит у нас в Детройте,
 и именно за это мне платят.
И ещё.
В Детройте вам скорее всего скажут, 
 что я не беру денег за выступления дома.
Но перелёт сюда, будь он проклят, 
 всё же требует каких-то финансовых затрат.
Хотя сама вечеринка бесплатна.
Так что если у вас остались какие-то вопросы,
вы сможете задать их после шоу.
Мне не важно, что это будет, 
 ваши вопросы могут быть любыми,
но это не значит, что на все из них я буду отвечать.
С этим порядок?
Как ты там, Benji? 
 Я должен был об этом сказать.
Отлично. Расскажи лучше нам, 
 как в твоей жизни появились ролики?
Как давно ты  катаешься, 
 и почему для тебя так важно поддерживать эту культуру
 живой, особенно на дискотеках, в клубах?
Ты давно катаешься?
Да, наверное, как и большинство людей.
Мы все катались на роликах в молодости,
будем честными, у всех нас в жизни был 
 период роликовых коньков,
а если и нет, то мы так или иначе ошивались 
 возле катков или площадок.
В юности я катался,
но потом оставил это дело на какое-то время.
А лет 7-8 назад снова пришел на каток и понял,
что у меня всё ещё неплохо получается.
Скажу вам честно, и не даст мне соврать 
 этот чел в футболке J-Dilla вон там,
не поймите меня неправильно, но дело тут даже не в роликах - женщины там были просто невообразимые.
И я подумал тогда: 
«Чёрт, да все эти годы я тусовался не в тех местах».
Так что я достал обратно свои ролики,
и вот уже 6 или 7 лет, может больше, катаюсь постоянно.
И в Детройте ты устраиваешь 
роликовые дискотеки регулярно, верно?
Мы делаем их каждые два года,
так что назвать это регулярным трудно.
Раз в два года. Не год, и даже не месяц.
И вообще я не особо люблю устраивать вечеринки,
если, конечно, речь не идет о моем доме,
 моем подвале или комнате.
Я редко это делаю. 
 Но раз в два года мы делаем нечто подобное.
Для фанатов музыки, 
 что ты приготовил для них сегодня?
Это будут классические джемы
 для роликовых дискотек,
твои любимые пластинки, 
которые ты играешь на подобных вечеринках?
Знаешь, в Детройте мы играем всё,
 и всё у нас считается классикой до тех пор,
пока заставляет девчонок вставать на ролики 
 и классно крутить задницами под музыку.
И каждый роллер скажет вам, 
что кататься можно под что угодно.
Но ту классику, о которой ты говоришь,
всегда можно услышать в любом старом клубе города.
Любой из этих ребят сможет записать завтра свой трек
и передать его мне
или ди-джею в Детройте,
и через 3-4 недели он сможет 
 стать настоящей классикой на катке, понимаешь
Люди будут хотеть кататься под эту музыку.
Расскажи о Детройте? Откуда ты? 
 Ты родился там?
Я родился в Лос-Анджелесе,
но оба мои родителя родом из Детройта.
Моя мать развелась с отцом,
за каким чёртом, я до сих пор не могу понять,
родила меня в LA,
и когда мне было 3 недели отроду, 
 отвезла  обратно в Детройт.
Так что можно сказать, я родился в LA,
но в Детройте живу примерно с трехнедельного возраста.
Как музыкант ты больше известен под псевдонимом Moodymann.
По крайней мере, так написано на всех этих стикерах на твоем виниле…
Это просто несколько наклеек 
 с моим псевдонимом от младшей сестры.
Когда ей было 9 лет, она обклеила ими каждую пластинку в моем доме,
весь холодильник был в стикерах Moodymann, двери машины,
ноутбук – они были повсюду.
Так что эти стикеры вы найдете по всему моему дому, 
 и её комнате в том числе.
Расскажи о своем псевдониме? 
 Откуда появился Moodymann?
Ты его придумал сам?
Чёрт, конечно же нет. Изначально мой псевдоним был просто Moody,
к нему я постепенно возвращаюсь сегодня.
обычная дворовая ситуация,
когда у всех было свое прозвище.
А это слово мне чертовски нравилось, 
 и все звали меня Moody.
Так оно со временем и привязалось.
А однажды в музыкальном магазине мне посоветовали
выпускать записи под псевдонимом Moodymann: 
 «Moody - отстой! Что ещё за Moody?»
Я согласился на Moodymann, 
 так со временем и осталось.
Хотя сам я предпочитаю Moody, и люди,
с которыми я провожу время в Детройте, 
 тоже называют меня Moody.
Иногда просто House.
А откуда пошел твой псевдоним? 
 Почему тебя так называют?
Да откуда мне знать.
Просто у всех были свои прозвища, понимаешь.
Не знаю. Хотя это хороший вопрос.
Дело в том, что я и не помню,
чтобы меня называли как-то иначе. Я всегда был Moody.
Знаешь, когда ты молод, 
 тебе нет особого дела до подобной ерунды.
А когда ты стал издаваться под псевдонимом Moodymann?
Хороший вопрос. Кажется,
первый релиз был в 92-м.
Но я могу и ошибаться, чёрт.
Первый релиз здесь был скорее всего в 93-94 годах,
хотя я не думаю, что тогда его вообще кто-то покупал.
Пускай будет 92-ой.
 А какая была реакция на твой первый релиз?
Ужасная, просто лажа.
Я получил кучу негативной критики на эту проклятую пластинку,
потому что я не знал о том, 
 что на каждую сторону у меня было всего 12-15 минут времени,
а не полчаса, на которые я рассчитывал.
Какой же ещё могла быть реакция.
но всему в жизни нужно учиться,
и это был мой великий косяк.
Даже эти засранцы, которые делают пластинки,
ничего мне тогда не сказали.
И всё же ты учишься на таком опыте.
А на каком этапе ты понял,
что хочешь сам делать музыку
и издавать её?
Чёрт, да этот этап продолжается у меня до сих пор.
То есть, знаешь, 
 не было никаких переломных моментов.
Ты живешь в Детройте –
городе, где каждый продает пластинки,
покупает пластинки, или слушает пластинки.
В Детройте, где каждый, так или иначе, 
 работает  в автомобильной промышленности
или связан с автомобильной промышленностью.
В Детройте, где рядом с церковью на углу
всегда можно найти винный магазин, понимаешь, о чем я?
В моем Детройте тебя могут подстрелить,
или ты подстрелишь кого-нибудь, кто пытается пристрелить тебя.
А музыка…
ты просто растёшь вместе с ней.
В детстве ты не особенно разбираешься в том, 
 что происходит вокруг.
Ты можешь и не догадываться,
что шумный засранец этажом выше 
 может оказаться очередным Bootsy Collins, понимаешь?
И так – повсюду вокруг.
Наблюдая всё это,
как ты решил, что хочешь сделать свой собственный лейбл?
Была ли у тебя возможность 
 издавать свою музыку на других лейблах?
Знаешь, в 80-х мы писали музыку друг для друга.
Но в итоге я понял, что меня просто хотят поиметь, 
 будем реалистами.
И надо было с этим что-то делать.
А с кем ты работал в 80-е?
Давайте вы разберетесь с этим как-нибудь сами,
я не буду сейчас называть имен и раздувать из этого историю.
Скажу лишь, что работая с людьми,
ты всегда чему-то  учишься у них, именно 
 поэтому мы и собрались с вами здесь.
Они рассказывают тебе истории из своей жизни,
делятся с тобой своими неудачами,
тем, что им пришлось когда-то пережить, 
 рассказывают о своих успехах.
И затем ты пытаешься всё это представить и понять, 
 какую пользу ты можешь из всего этого извлечь,
каким образом это может помочь тебе в твоей ситуации.
Я начинал точно так же, как и все остальные -
учился жизни на улице, а не сидя в большой классной аудитории.
Потому что самая лучшая школа –
это школа жизни,
и ты должен учиться ей на своем личном опыте.
Я учился жизни на горьком опыте проколов 
 со звукозаписывающими компаниями в то время.
И никто мне тогда не ставил оценок за то дерьмо, которое я записывал.
Так что со временем ты просто приходишь к тому,
чтобы начать делать все самостоятельно.
Ты имеешь ввиду написание музыки для других (ghost producing) или продажу своих песен крупным артистам?
Я стараюсь держаться подальше от подобной ерунды, 
 в отличие от многих музыкантов.
Просто не могу представить,
что вот так запросто отдам кому-то своих малышек (песни), понимаешь?
Для каждой из них, как минимум, должен быть предоставлен «Кадиллак», 
 такое у меня к этому отношение.
Но в то же время, мне нужно было как-то заявить о себе,
и одной из причин, по которой я решился открыть свой лейбл,
было понимание того, что я никогда 
 не смогу изменить ситуацию в своем собственном квартале,
пока не научусь помогать себе сам.
иначе как я смогу помочь этим оболтусам на улице 
 без цента в кармане купить себе обувь для выпускного,
если у меня самого не будет достаточно денег?
Так что мне пришлось изменить свою жизнь,
чтобы заработать для начала какие-то деньги.
Я убирался в городских парках,
присматривал за детьми у себя на районе.
Таким было мое решение.
То есть ты решил начать издавать не только свою музыку, 
 но также помогать в этом другим?
Надо помогать и другим в том числе, понимаешь?
Надо.
Потому что жизнь - непростая штука, 
 и настоящих талантов вокруг очень много.
И я должен честно сказать,
что лучших музыкантов на этой планете мы,
возможно, так никогда и не услышим.
Они сидят в своих подвалах,
у них нет денег,
им приходится искать подработки на стороне,
и, возможно, это самые талантливые люди на свете.
Но, к большому сожалению,
самых паршивых музыкантов мы слышим каждый день.
Это относится к большинству популярных артистов сегодня. 
 Такие дела.
Спасибо, дорогая, у тебя они получаются лучше всех, я обожаю тебя.
Назови, пожалуйста, хотя бы несколько артистов,
которые издавались у тебя на KDJ Music?
Ты издавал кого-нибудь на этом лейбле?
Уверен, вам хорошо знакомы эти имена:
Rick, Urban Tribe, K-Stone, Dogmatic, Promatic, Theo, Three Chairs, 
 тут можно долго перечислять.
Я не хочу никого забыть, но, боюсь, этого сейчас не избежать.
Тем не менее, большая часть материала, который ты издаёшь, 
 так или иначе написана тобой?
Ко всему, что проходит через мой лейбл, 
 я, так или иначе, прикладываю свою руку,
ведь эта музыка – отражение Детройта.
Так что порой я бываю очень придирчив к материалу.
Значит, KDJ и Mahogani Music, это один и тот же лейбл?
На KDJ я выпускаю свою музыку, в большей степени.
Mahogani Music был создан для того,
чтобы издавать на нём артистов,
которых я не могу поместить на KDJ.
KDJ, скажем так,
в основном существует исключительно для моей музыки.
Двери Mahogani Music открыты для всех.
девочки дают согласие на выпуск того или иного артиста, 
 приславшего нам свой CD,
если я вижу, что могу ему чем-то помочь,
и если сам артист согласен на сотрудничество на моем уровне,
то никаких проблем тут не возникает.
Значит, лейбл KDJ все еще жив?
До тех пор, пока я могу передвигать ноги самостоятельно, 
 этот сукин сын будет живее всех живых.
Сколько ему уже лет?
С 92-го года,
может 93-го.
Получается, 17-18 лет.
Думаю, 93.
Думаю, это заслуживает ваших аплодисментов.
  Я не говорил, что это были 17 успешных лет,
но всё равно спасибо.
Если серьезно, насколько трудно сегодня
сохранить независимый звукозаписывающий лейбл?
Лично у меня не возникало с этим никаких проблем.
Пойми, я не занимаюсь тиражированием пластинок,
 и никогда не печатал свой винил тысячами копий.
Я не собираюсь колесить по миру
 и втюхивать свои записи всем подряд, пытаясь кого-то впечатлить.
Всё, чем я занимаюсь, велит мне моё сердце и моя душа.
Кто-то после работы
приходит домой и принимает ванну,
кто-то приходит домой и трахается со своей женой,
кто-то, придя домой, подстригает газон.
Лично я всю ночь напролет задрачиваю свой MPC, до самого утра.
Я выпускаю не более 10% всего своего материала.
И то, что каждую ночь я провожу в компании MPC,
вовсе не значит, что я готовлюсь к записи очередного EP.
Мне просто нравится этот процесс, 
 нравится само ощущение.
Люди часто спрашивают, женат ли я,
и почему вокруг меня всегда так много девушек.
Знаете, эти прекрасные женщины вдохновляют меня.
Кого я действительно затрахиваю по ночам, так это мои MPC
и SP1200, мой бас и клавишные. 
 Они – мои  подруги на ночь, и с ними я могу делать всё, что только захочу.
Они зарабатывают для меня деньги, присматривают за делами, 
 пока меня нет рядом, и именно поэтому я могу позволить себе быть сейчас здесь.
Таково моё видение ситуации и того,
какое место во всем этом занимают современные технологии.
Раз мы перешли к теме музыкального оборудования,
учитывая, что все здесь так или иначе занимаются музыкой,
расскажи, что ты использовал для своих первых записей в 93-м 94-м году?
 И что со временем изменилось?
Абсолютно всё, что мне могли тогда одолжить. 
 Не помню, чтобы у меня было что-то своё.
Я приходил в гитарный магазин,
тихонько себе пробовал различные инструменты, как им казалось.
На самом деле с собой я приносил кассетный рекордер и в течение часа записывал там свои треки.
И полгода спустя результат моей конспирации выходил в свет.
Это правда.
В общем, использовал тогда всё, что было доступно для меня.
 Получается, ты записал пластинку в гитарном магазине?
 Это была хрень, а не пластинка.
Здесь не о чем говорить.
Думаю, я сделал тогда не более 20 копий.
Но вот что я хочу сказать.
Подожди секундочку, дорогая.
Важно не то, что у тебя есть,
а то, как ты распоряжаешься тем, что уже имеешь.
Не важно, чем ты занимаешься,
главное – то, как ты это делаешь.
Этот принцип относится ко всему в жизни.
Мне плевать, если ты толкаешь на улице наркоту,
главное – делай это хорошо.
Плевать, если ты торгуешь собой на углу,
главное – делай это хорошо, понимаете?
Что бы ты ни делал,
делай это хорошо,
и насрать, что там говорят по этому поводу другие.
 Кому какое дело?
Вы должны быть довольны
каждым прожитым днем, и это главное.
Ибо никто из этих критиканов не собирается платить по вашим счетам,
вообще нет до вас никакого дела, 
 так зачем пытаться кому-то угодить?
Делай, что умеешь, и делай это хорошо.
Запомните это. Важно не то, что у тебя есть, 
 а то, как ты распоряжаешься тем, что уже имеешь.
Вам может быть достаточно одного пишущего магнитофона, 
 чтобы записать завтра убойнейший трек.
А эти засранцы, что сидят в студиях за миллион долларов,
не делают ни хрена стоящего,
и результат вы можете услышать каждый день по радио.
Так что это вам пища для ума, и будьте бдительны.
Это не значит, что вы должны верить всему, что я говорю.
Я сам делаю много ошибок, 
 и порой жизнь меня сильно уводит в сторону,
сбивает с толку, но я по-настоящему благодарен ей за это. 
 По-настоящему благодарен.
И на мне нет татуировок, 
 чтобы покрасоваться здесь перед вами.
Тех шрамов и отверстий на моем теле,
которыми город Детройт наградил меня, вполне достаточно, 
 чтобы не думать ни о каких татуировках.
Я не собираюсь раздеваться и показывать вам всё это.
Просто запомните:
 важно не то, что вы делаете, а то, как вы это делаете, ОК?
Получается, технологии для тебя не играют решающей роли?
И даже несмотря на коммерческий успех твоей музыки, 
 ты остался верен своему принципу.
Как изменилась за эти годы твоя студия?
Чёрт, да практически никак.
У меня до сих пор стоит бабинник, есть DAT-магнитофон,
но их сегодня некому починить.
У меня есть три MPC,
я до сих пор задрачиваю свой SP-1200.
Что ещё? У меня есть синтезатор Rhodes, но у кого его нет?
Это – мои малышки,
месте с ними я вырос, и благодаря им я стал тем, кем стал сегодня.
   Многие любят Детройт.
Но все, кого я знаю, хотят или переехать в другой город, 
 или просто не хотят оставаться в Ди.
Детройт – умирающий город.
Что ж, значит, я буду погибать вместе с ним.
Если бы не этот город, 
 я бы никогда не стал тем, кем стал.
Я не оставлю его,
 останусь с ним до последнего.
И если ему суждено исчезнуть с лица земли,
то можете помолиться за меня, 
 потому что я исчезну вместе с ним.
Создается впечатление, что в Детройте 
 существует некая тусовка музыкантов,
так или иначе появляющихся на твоих релизах, или рядом с тобой.
Такие имена, как Amp Fiddler, Norma Jean Bell. 
 Расскажи немного о них и вашем сотрудничестве.
Эти люди – моя семья,
и мы всё делаем вместе.
Если у них есть желание записать что-нибудь, 
 мы делаем это вместе.
 Например, Amp.
Он может прийти ко мне во время записи,
 начать что-нибудь напевать, дурачиться, 
 а дальше мы пытаемся сделать из этого что-то вместе.
 К Норме Джин Белл я любил часто приходить в гости.
Она готовила пасту или ещё что-нибудь,
 и мы отправлялись вместе в студию.
У нее всегда есть какие-нибудь интересные идеи для меня,
 и я всегда отвечаю ей взаимностью.
В таком ключе мы и работаем.
Мы стараемся не планировать ничего заранее,
то есть мы делаем какие-то заготовки, но
больше предпочитаем импровизацию и спонтанность.
Музыка Amp’a стала откровением для многих людей.
Я также знаю, что ты большой фанат музыки Dilla, это так?
 Безусловно.
Возвращаясь к Детройту, только что ты рассказал о том,
как сильно любишь свой родной город, 
 и какое влияние он оказал на тебя.
С точки зрения музыки, можешь ли ты назвать 
 имена ди-джеев или музыкантов,
которые оказали на тебя решающее влияние?
Mojo.
Конечно же, Mojo,
Marvelous Marv.
Продолжать можно долго. 
 Я очень любил слушать станцию WJZZ.
Знаешь,
многие люди скажут…
Это уже вторая за сегодня.
Знаешь, радиостанции в наше время
сильно отличались от других радиостанций.
У нас были станции,
где можно было услышать soul, 
 но они находились в диапазоне AM.
Однако сегодня по радио крутят 
 музыку одного и того же жанра.
Тогда в Детройте
мог услышать B-52s, а после что-нибудь из Peter Frampton
или свежачок от George Clinton.
Мы не отбирали станции по расовому признаку.
Поймите правильно,
Детройт – исключительно чёрный город,
пускай не будет заблуждений на этот счёт, но это не значит, что мы слушаем только чёрную музыку.
Чёрт, да я до последнего думал, 
 что Kraftwerk – это четыре нигера, ей богу.
Пока не купил их альбом
Trans-Europe Express, который, кстати, 
 можно было услышать на всех роликовых площадках.
Вот это была классика.
Настоящая, чёрт возьми, классика.
И долгое время мы считали, 
 что записана она была в Детройте.
До тех пор,
пока не вышел их альбом The Robots,
и мы не задались вопросом:
а за каким хреном эти нигеры так размалевали себя?
И нам казалось, что это был такой прикол, 
 вроде клоунского макияжа,
и это нисколько нас не напрягало.
А когда мы посмотрели их видеоклипы, 
 то окончательно поняли,
что эти засранцы из Европы.
Мы и не догадывались, но любить их музыку 
 меньше от этого не стали, понимаете?
И даже после того, как мы узнали, откуда были эти ребята,
цвет их кожи для нас не играл никакой роли, 
 нам просто нравилась их музыка.
Потом в эфире  звучали Psychedelic Furs.
Признаюсь честно,
я дикий фанат музыки Led Zeppelin и лично Robert’a Plant’a.
Я убью за эту музыку!
 Peter Frampton,
George Clinton, William DeVaughn’s, Marvin Gaye – всех их можно было услышать в эфире по очереди.
А поздно ночью, это где-то в 80-х, конце 70-х –
середине 80-х, поздно ночью по радио можно было услышать то, 
 что мы сегодня назвали бы house.
В Детройте мы называем это прогрессивной музыкой,
музыкой с ускоренным темпом.
Ведущий крутил её в эфире, 
 а затем мы адаптировали её для клубов.
То же самое можно сказать 
 и об индустриальной музыке в то время.
Мы обожали всё это.
Front 242, да мы выросли на них,
и это было благословением для нас.
Именно поэтому
люди сегодня так плохо разбираются в музыке.
К сожалению, многие слушают только hip-hop,
или только rock, и ничего кроме слышать они не хотят.
Вы все здесь достаточно взрослые люди,
и должны хорошо помнить свой первый секс.
И что же, хотите сказать, что с тех самых пор 
 в вас ничего не изменилось?
Понимаете, о чём я?
Самое ценное, что у вас есть, 
 это ваш опыт, понимаете?
понимаете?
Самое ценное. И вы должны делиться им.
 Вы должны успеть увидеть в жизни как можно больше.
Иначе вы никогда не узнаете, что ждёт вас за углом, 
 пока не проверите сами.
Нужно уметь слушать и слышать,
и держать своё сознание открытым.
Именно этому мы учились у ди-джеев в свое время.
Сегодня все несколько иначе.
По радио вам будут крутить одну и ту же песню,
пускай не по кругу, но пройдёт 20 минут, и она снова зазвучит из приемника,
чтобы окончательно промыть ваши мозги.
Я не буду врать, многое из этого дерьма мне действительно нравится.
Ещё мне нравится отбивная и картофель,
но я не стану есть это каждый божий день,
понимаете?
Я люблю немного разнообразия.
Думаю, не случайно так много авторитетных и вдохновляющих музыкантов
из Детройта твоего поколения и старше – все рассказывают о Mojo.
Все они говорят о Mojo.
Его влияние, очевидно,
сильно сказалось на огромном количестве людей,
чьи записи мы сегодня слушаем. 
 Артистов разных жанров.
Не мог бы ты рассказать нам о том, 
 что из себя представляла его радио программа?
На что было похоже это шоу?
Это было невероятно. Представьте,
что вы стоите на светофоре,
в салоне играет приемник.
Горит красный.
Из соседней тачки звучит та же музыка,
так что получается стереоэффект.
Сзади вас звучит то же самое,
из тачки слева то же самое.
А затем он предлагает всем слушателям,
кто находится в дороге, помигать фарами.
И в этот самый момент,
стоя в пробке, ты замечаешь, 
 что все начинают мигать фарами,
и понимаешь, что у всех в салоне 
 играет одна и та же станция.
Вот такое влияние оказывал Mojo на всех нас.
А если в этот момент вы находились дома,
  то по его просьбе вы начинали щелкать выключателем на своем крыльце
и вдруг замечали в своем окне, что весь квартал мигал как рождественская ёлка.
Он мог вдруг попросить вас завязать где-нибудь узелок,
чтобы вы оставались с ним на одной волне.
Таким был его диалог со слушателем.
И было ощущение, что ты находишься в этот момент рядом с ним,
или он находится рядом в твоей комнате.
Было настоящим откровением слушать такого ди-джея.
Но, к сожалению,
большинство людей так и не видели Mojo.
Он был очень категоричен на этот счет.
Вы слышали Mojo по радио,
но вы никогда не видели его вживую.
Он не появлялся на шоу Hot95 в качестве ди-джея,
и никто не знал, как он выглядит.
Да и какая, по сути, была разница, кто как выглядел?
Какая разница, как выглядят ребята из UR (Underground Resistance),
или как выгляжу я?
Многие из нас сталкиваются с подобными вещами.
Тем более, если у тебя есть проблемы с законом, 
 или кто-то тебя разыскивает.
Но мой характер не имеет отношения к тому, 
 чем я занимаюсь.
И тем более не имеет значения мой внешний вид или цвет кожи.
Так что и я предпочитаю 
 иногда оставаться в тени.
Но я делаю это дома.
И я не собираюсь что-то в себе менять, 
 находясь рядом с кем-то, кого я даже не знаю.
Не собираюсь никому лгать и притворяться.
Я хочу донести до вас правду,
сидя в этом желтом кресле.
Я не стану отчитываться перед 
 первым встречным о том, чем я занимаюсь,
и не собираюсь это делать перед всем остальным миром.
Такой мой нрав, 
 сформировавшийся за годы жизни в Детройте.
Здесь ты должен держать язык за зубами, 
 иначе к тебе могут прийти и отобрать то, что принадлежит тебе.
Могут даже убить.
Такова жизнь.
Жизнь в моем городе, в моем Детройте.
Потому что я живу в Детройте.
Не в пригороде, откуда можно наблюдать, 
 как взлетают и садятся самолеты,
и ты думаешь, что ты в Детройте.
Не в Southfield,
где ты думаешь, что ты в Детройте.
Я живу не на окраине города, 
 я уже говорил об этом.
Я живу в самом центре этого сукина сына, понимаете?
Так что моя личность не имеет никакого значения.
Моя история – это очередная грустная история, 
 которую все вы слышали миллион раз.
Ты рассказываешь о том,
что предпочитаешь оставаться незаметным,
как Mojo или UR.
Скажи, у тебя получилось это случайно, 
  потому что ты не считал это чем-то важным для себя?
Намеренно ли ты держался в стороне
знакомых с тобой,
устраивал это шоу с занавесками на сцене,
чтобы сохранить какую-то таинственность к своей персоне?
 Всё это получилось не специально.
То есть, я помню, как один тип впервые 
 пригласил меня выступить в Европе.
Я тогда отказал ему,
думал, все это был какой-то «развод».
Я спросил, зачем ему все это было нужно.
Честно говоря, и не подумайте,
что я расист,
 но я и не мог подумать тогда, что так много белых парней 
 слушают мою музыку, поэтому я отказался.
что я расист,
 но я и не мог подумать тогда, что так много белых парней 
 слушают мою музыку, поэтому я отказался.
И мой дед сказал бы то же самое.
Играть в баре, постоянно думая о том, как бы кто ни начал бросать в тебя пустые банки или черт знает что ещё.
Я ни хрена не понимал, что здесь у вас вообще происходит.
Поймите,
белые люди в Детройте не имеют ничего общего 
 с белыми людьми в любом другом месте.
Вы все росли в окружении совершенно других людей,
уважение друг к другу здесь просто невероятно.
Я не хочу сказать, что все в Детройте 
 расисты или вроде того, нет.
Но белые люди всегда приносили с собой плохие новости.
Они отключали газ в моем доме,
 или забирали моего отца в тюрьму.
Ничего особенного, просто плохие новости.
Так что для меня оставаться за простыней, как ты выразился,
было осознанным решением, потому что моя личность не имеет никакого значения.
Не то чтобы я хотел притворяться белым, 
 чёрным, или каким-то ещё.
Я хотел, чтобы люди слушали мою музыку,
и насрать на ди-джея.
Вся правда заключена в моих вертаках,
понимаете? В этом правда.
И мои вертаки никогда не станут лгать, когда я стою за ними.
Не знаю, как в других странах,
но здесь, в UK,
в конце 90-х годов люди, можно сказать, 
 были помешаны на коллекционировании твоих записей.
И если очередная пластинка появлялась в магазинах,
люди покупали её, даже не слушая.
Даже односторонний винил KDJ.
Так что, в каком-то смысле, вся эта загадочность неплохо сработала, потому что смогла заинтриговать людей.
Вся эта мистерия вокруг твоей личности получилась естественным образом, или ты приложил к этому какие-то усилия?
По началу, я не придавал этому никакого значения,
пока люди не начали задавать мне вопросов, мол: "Чего ты прячешься? 
 Покажи себя!"
И тогда я понял,
что это может помочь мне в моей ситуации.
Но это никак не повлияло на то, чем я занимаюсь.
Никто не сможет на это повлиять.
И если это сработало для меня – что ж, отлично.
Но я по-прежнему буду печатать не более 2 500 копий.
Мне нет дела до ситуации на рынке, 
 где для винила уже не осталось места.
Я никогда не печатал 10 000 копий своих пластинок,
и никогда не буду.
Эта цифра всегда будет 2 500.
В этом смысле для меня никогда не существовало 
 ни взлетов, ни падений,
 и я доволен своей ситуацией.
Перед вами сидит человек, 
 у которого никогда не было больших денег,
многого мне и не надо.
И тем немногим, что у меня есть, 
 я могу поделиться  с людьми,
помочь им с жильем,
 могу купить обувь для того парнишки на улице
или помочь своим соседям.
Так же поступает подавляющее большинство людей в моем квартале,
и я этим доволен.
И если завтра мне придется умереть – что ж, я согласен.
Но я всё равно буду печатать свои 2 500 копий.
Тебе посчастливилось иметь возможность путешествовать по миру,
и в той же Японии твои выступления 
 собирают огромное количество зрителей.
 Расскажи о своих самых любимых гастрольных местах,
странах, где тебя принимали наиболее тепло.
Восточный округ Детройта.
Я играю там каждые выходные, обязательно приезжайте.
Юго-восток тоже клёвый.
Там живет много испанцев, 
 они многому меня научили.
В западной части города я люблю часто бывать, 
 там живут настоящие короли, среди них Juan (Atkins).
Помимо этого,
могу назвать весь остальной мир.
Не важно, главное, чтобы там было много красивых женщин.
Думаю, пришло время послушать что-нибудь.
Ты хочешь представить эту пластинку?
 music: Moodymann - Black Mahogani
Кажется, это Black Mahogani.  
 music: Moodymann - Black Mahogani
На самом деле эту вещь я записал 
 music: Moodymann - Black Mahogani
лет за пять до её релиза.  
 music: Moodymann - Black Mahogani
 И единственной причиной, по которой я все же официально выпустил её, стало желание наказать бутлегеров, 
 music: Moodymann - Black Mahogani
которые начали нелегально распространять её неполную версию. 
 music: Moodymann - Black Mahogani
Возможно, я никогда бы не выпустил её, как и кучу остального материала,  
 music: Moodymann - Black Mahogani
если бы до него не добрались эти засранцы.  
 music: Moodymann - Black Mahogani
Однако релиз получился вполне неплохой, 
 и разошелся тиражом во сколько? 2 500 копий?  
 music: Moodymann - Black Mahogani
 music: Moodymann - Black Mahogani
И похлопайте моей охране на сцене. 
 music: Moodymann - Black Mahogani
 music: Moodymann - Black Mahogani
У меня тут достаточно Hennessy для всех, 
 music: Moodymann - Black Mahogani
это не единственная бутылка. 
 music: Moodymann - Black Mahogani
Есть ещё кое-какие ништяки для вас, пока вы не ушли. 
 music: Moodymann - Black Mahogani
Целые чемоданы с ништяками. 
 И я не хочу увозить всё это обратно.  
 music: Moodymann - Black Mahogani
 music: Moodymann - Black Mahogani
  Послушаем её, она длится 20 минут.
 Куда делся твой микрофон?
Каждый раз, когда я играю с тобой,
каждый раз, когда прихожу послушать тебя в клуб,
первое, что ты делаешь, ты даёшь понять,
играешь на виниле. Мол, слышите, это винил!
Каждый раз ты даешь понять, 
 что играешь на виниле.
Ты относишь себя к тем, 
 кто сохраняет виниловую культуру живой?
Чёрт возьми, конечно.
У меня до сих сохранилась коллекция пластинок моего отца.
Я люблю винил,
его можно потрогать, почувствовать на ощупь.
Знаете, как пахнет пластинка, возраст которой 60 лет?
Не знаете, ведь у вас есть Ipod.
Вы не знаете историю.
У меня есть пластинки, которые пахнут, как 1967-ой.
Вы никогда не сможете залить их в свой плеер.
Думаю, я могу позволить себе сказать за всех женщин,
присутствующих сейчас здесь.
Когда дело касается музыки, большинство женщин
предпочитают 12 дюймов.
Помните об этом в следующий раз, 
 когда будете играть со своего ноутбука.
И ещё вам лучше позаботиться о запасном варианте,
потому что я уверен, в один прекрасный момент этот засранец просто сломается.
Но о вкусах не спорят.
В конце концов,
не все любят коллекционировать музыку, как это делаю я,
или Benji, или как большинство из вас здесь.
У меня на районе ошиваются ребята,
которым нет дела до всех этих пластинок, 
 они пишут музыку на ноутбуках.
Да, с его помощью можно много чего сделать,
и у них тоже неплохо получается,
я не отрицаю этого.
Это лишь моя точка зрения.
Раньше я не мог себе позволить ноутбук,
и до сих так и не разобрался с этим засранцем.
Могу включить его,
что-то там нажать, включится камера, 
 и я сразу же его выключаю.
Вся эта хрень пугает меня.
Но реальность такова,
что мы развиваемся вместе с технологиями.
И только я - единственный неуч, застрявший в 1984-ом.
Там я и останусь.
Я не собираюсь
обновлять мою старую аналоговую систему
на что-то более современное,
за все эти годы она себя прекрасно показала,
и я знаю это.
А тот парнишка, что пишет музыку на ноутбуке…
Он умеет пользоваться Logic и FL,
это удобно для него и это его прикалывает, понимаете?
Это технологии,
и они не стоят на месте.
Я не могу привести его к себе в студию и заставить работать с аналоговыми инструментами,
он просто не в теме.
У меня есть дочь.
И знаете, в школе дети рассказывают о том,
чем занимаются их родители.
Вроде «мой папа работает тем то, моя мама работает там то».
Так вот моя дочь выходит к доске и говорит:
«А у моего папы есть целая коллекция больших CD».
И дети такие: «А это что за хрень?».
Но учительница поняла, о чем идет речь.
Технологии не стоят на месте.
Я никого не обвиняю
в приверженности к высоким технологиям,
потому что сам вижу, как дети пользуются электронными библиотеками
и пишут музыку на своих ноутбуках и компьютерах.
По сути, мне глубоко насрать на то, как вы делаете свою музыку, 
 лишь бы вы продолжали ей заниматься.
 Лично я,
старомодный засранец,
предпочитаю работать по старинке, 
 и мое оборудование ещё никогда меня не подводило,
о чём я уже говорил.
Я привык к нему,
и пока оно окончательно не выйдет из строя,  
 и я не смогу его починить,
то не вижу смысла здесь что-то менять.
Я не знаю, какое мое звучание,
но что бы там ни было,
я им полностью удовлетворен и доволен.
Повторюсь,
для меня это никогда не было принципом, просто мне так удобно.
Довольны мое сердце и душа, и главное -
моя музыка позволяет мне помогать своему кварталу.
И я не упускаю этой возможности.
Я никогда не был богачом,
но за то немногое, что у меня есть, 
 я по-настоящему благодарен, и пускай будет так.
Получается, для тебя это не столь принципиально?
Потому что иногда это звучит так,
как будто выбор винила для тебя очень принципиален: "Играй на виниле или не играй вообще".
Я говорю только за себя.
Буду честен,
у меня есть пластинки, и я буду всегда их играть.
Я не требую ни от кого делать то же самое.
Но ведь получается абсурдная ситуация,
когда звукозаписывающие компании,
выпускающие винил…
Скажем так, у меня есть звукозаписывающая компания.
Но, придя на вашу программу,
я играю музыку со своего ноутбука.
Я не занимаюсь продажей компьютеров Apple.
Я продаю пластинки,
но почему-то рекламирую компьютеры Apple.
На них не написано название вашего лейбла,
но вы хотите, чтобы люди покупали ваши пластинки,
рекламируя при этом ноутбуки.
По-моему, это хрень собачья.
Я не против всего этого,
но принеси с собой хотя бы парочку пластинок,  
 чтобы в случае чего вечеринка не накрылась медным тазом.
 Пластинка может "прыгнуть", но она продолжает звучать.
Но если отключится ваш ноутбук, 
 то вы облажаетесь по полной.
Ноутбуки плохо работают в больших клубах,
где высокая влажность, духота, сильно задымлено.
Современные технологии не всегда 
 приспособлены к таким условиям.
Но пластинки выживают в таких условиях с 60-х.
Подумайте об этом.
Вспомните Jazz в 50-е,
Nina Simone и прочие,
да они только и делали, что пыхтели сигарами в подпольных спикизи (speakeasy).
Винил прошел проверку временем.
Кассетные магнитофоны, 8 track, CD, лазерные диски, мини диски – да что угодно.
Benji B будет по-прежнему играть винил,
потому что он прошел проверку временем.
У меня дома есть библиотека. 
 Это моя коллекция винила.
У меня большая коллекция,
многое в ней принадлежало ещё моему отцу, матери, дедушке.
Не буду врать и рассказывать о том, 
 как я сам купил все эти пластинки.
Но это непередаваемое чувство, когда ты достаешь с полки пластинку,
на которой напечатано имя твоей бабушки.
Понимаете, это для меня бесценно.
Я могу видеть винил,
я могу его понюхать,
потрогать руками.
Ipod не даст мне всего этого.
Я не имею ничего против Ipod, 
 у меня самого есть один,
но в моем случае это здоровенный Ghettoblaster.
Мой Ipod больше вашего,
врубаетесь?
Я всегда останусь верен винилу. Я продаю винил.
Но постепенно изучаю возможности цифровой музыки, 
 потому что это сегодня востребовано:
Itunes, Beatport и прочее.
Молодым людям это удобно и понятно, 
 именно здесь я должен считаться с современными технологиями.
Я должен идти в ногу со временем, 
 но я всегда буду поддерживать винил.
Там чувак за ноутбуком уже засыпает, я не против, 
 но, по-моему, ему нужно выпить.
Раз речь зашла о коллекционировании пластинок разных жанров, джаза,
то хочу отметить, что когда говорят о Kenny Dixon Jr.,
то характеризуют твою музыку, 
  как Detroit techno или soulful house.
Меня вдруг осенило,
что мы ведем речь о музыке, о твоей музыке, 
 с которой многие знакомы сегодня.
Как бы ты сам описал свой стиль,
свою музыку?
Видишь ли ты себя частью какого-то определенного жанра, 
 или чувствуешь себя вне таковых?
Сложный вопрос.
Здесь в Европе, как и в большинстве других стран, 
 меня знают  как ди-джея, или как KDJ.
Дома в Детройте я больше известен как живой музыкант.
Когда в клубе моего деда в Детройте я говорю, что я ди-джей, мне сразу же задают вопрос:
что ещё за ди-джей, чем ты занимаешься?
Эти сукины дети лишили нас заработка много лет назад.
Так что жанр может быть разный, в одном месте я играю jazz, 
 в другом это может быть techno.
Знаете, придя ко мне домой, например, вы увидите, 
 что вся моя коллекция винила разбита лишь по одной категории,
и лучше вам знать имя нужного вам исполнителя, 
 потому что эта категория – алфавитный порядок.
Это к вопросу о жанрах.
Меня часто спрашивают: какая музыка тебе нравится?
Я предпочитаю слушать хорошую музыку.
Для меня существует хорошая музыка и очень хорошая музыка.
Как и с любым произведением искусства,
есть музыка, которую хочется слушать всегда,
есть та, которую не хочется слушать совсем.
Есть музыка, которой хочется уделять свое время и внимание, 
 как в случае с прекрасной женщиной.
И есть разные жанры этой музыки.
Что касается моей музыки,
то мне плевать, к какому жанру вы её отнесете,
для меня это неважно.
Мы тут все время говорим, давай послушаем ещё что-нибудь.
Что бы ты хотел поставить?
Я не хочу её слушать.
Да брось, мужик.
Это же Marvin Gaye, я слышал её миллион раз.
Знаешь, сегодня я не смог найти версию, 
 в самом начале которой ты использовал семплы 
 его голоса в день его смерти.
«Tribute».
. Точно. Расскажи немного о нём, 
 потому что он часто появляется в твоей музыке.
Я не хочу ничего говорить о Marvin’e.
Можем поговорить с тобой о Michael Jackson, если ты хочешь.
Это исторические фигуры, и невероятно то, 
 что они оставили после себя на этой планете, 
 шокировав всех нас.
И мы никогда не сможем до конца понять всё величие этих людей. 
 Мне плевать на цвет кожи или жанр этой музыки.
Скажу лишь, что в тот день, когда умер Marvin,
я со своей тётей провел целый день у радиоприемника,
записывая эфиры, посвященные ему. Это и стало материалом для семплов.
Мы просто сидели и записывали. Целый день.
Послушаем Gil-Scott Heron?
«The Bottle»? У меня есть «The Bottle».
Нет-нет-нет.
Я не хочу слушать себя.
Вы хотите послушать его музыку или нет?
Это часть нашей сделки.
Хорошо, но после мы обязательно поставим Faze-O.
music: Moodymann – Amerika
Я тут говорил, что, как и с Black Mahogani,
с этой пластинкой  у меня возникла кое-какая путаница.
Я думал, что ставлю другую версию, 
 они практически одинаковы,
но на одной стороне есть вокал, а на другой его нет.
Но, к счастью, ты позаботился об этом и наклеил одинаковые яблоки на обе стороны пластинки,
чтобы стало совсем непонятно, 
 какую версию ты сейчас услышишь.
Я сделал это ради экономии денег, 
 не могу позволить себе печатать столько этикеток.
Хотя на самом деле было выпущено 
 около четырех b-side версий этой пластинки.
И, покупая её, ты не знаешь, что именно тебе попадется.
Также как и с Black Mahogani. 
 Существует три b-side версии.
Однако мало кто сможет это заметить.
И если у твоего приятеля есть та же версия этой пластинки,
то, скорее всего, вы просто купили её 
 в одном и том же музыкальном магазине или городе.
Да, поставь, пожалуйста, её.
Я поступаю так довольно часто. 
 То есть, у меня так много материала.
Слава богу, это не произошло здесь, 
 пускай лучше это случится в Детройте.
Но если завтра мне придётся умереть...
Материала у меня примерно на 30 альбомов, 
 если считать по 20 песен на каждый.
Но уверяю вас, это не значит, 
 что все они достойны внимания.
Потому что я записал достаточно беспонтового дерьма.
Не буду лгать, именно поэтому оно не покидает пределов моего дома. 
И я не горю желанием переслушивать всё это.
Но я могу сделать по 20 ремиксов на каждую из своих песен.
Часто я делаю так:
помещаю парочку композиций на одну сторону пластинки,
парочку на другую. При этом все они могут называться одинаково.
И вы будете сильно удивлены тому,
какое количество различных версий одних и тех же песен вы услышите
в зависимости от того, в какой стране была куплена конкретная пластинка.
Редко, но случается, что мне звонит кто-нибудь и сообщает:
«Слушай, мужик,
мне кажется,
кто-то занимается пиратством твоей музыки.
Что-то здесь не так, я купил твою пластинку для приятеля 
 там-то, но звучит она совсем иначе».
Что ж, так и было задумано.
По большей части это связано с нежеланием постоянно менять этикетки на своих пластинках, потому что мне всё это сейчас не по карману.
Мне могут возразить, спросив: 
 а где же ты берешь деньги на мастеринг всех этих ремиксов?
Что ж, это мой секрет.
Что послушаем сейчас?
Faze-O!
Почему?
Она создает отличное настроение. 
 Не обязательно делать громко, пускай поиграет на фоне.
music: Faze-O - Riding High
Kenny, расскажи немного о живых выступлениях Kenny Dixon Jr.
Когда я вижу тебя на сцене,
это совсем не похоже на живой концерт:
ты всегда окружен прекрасными женщинами,
на сцене всегда создается невероятный антураж.
Ещё я слышал довольно дикие истории
о твоих выступлениях в Японии.
Очевидно, на сцене творится много чего ещё, 
 помимо музыки.
Расскажи, что для тебя значат твои живые концерты?
Сделай немного потише.
Мои концерты получили дурную славу в Детройте.
 И за пределами Детройта я стараюсь никогда 
 не заходить слишком далеко на сцене.
Живые выступления для меня – это возможность воссоздать на сцене своё живое пространство,
частицу своего дома.
И в моём доме происходят разные вещи,
поэтому на сцене висит простыня.
Не буду говорить, что я за ней делаю,
но, поверьте, всё там происходит естественно.
Я люблю сцену, потому что на ней я чувствую себя свободным. 
 Если я играю в качестве ди-джея, я тоже ставлю то, что захочу.
Но концерты – всё же несколько другой элемент.
Вживую я выступаю, кажется, с начала 80-х.
Но буду честен, у меня это никогда не получалось хорошо.
начала 80-х?
Сначала как барабанщик в ночном клубе моего деда.
Это было недолго, поверьте,
меня и выперли оттуда в скором времени.
Мои живые выступления – это зона моего комфорта.
Стоя за вертаками, я доношу до слушателя правду.
Я не устраиваю шоу перед аудиторией,
фактически, я делаю то же, что и дома, в своей комнате или спальне.
Но на сцене.
И всё, что происходит на сцене,
так или иначе уже когда-то происходило у меня дома.
Детройт на сцене – это не обязательно шумиха.
Иногда это спокойная атмосфера.
Я не катаюсь целыми днями под techno в своём авто.
Не думайте, что это и есть Детройт.
Я не слушаю сутками hip-hop в своей машине,
не думайте, что это и есть Детройт.
Мы слушаем абсолютно всё,
поэтому на сцене я тоже придерживаюсь разнообразия.
Что касается вдохновения, то ничто тут не сравнится 
 с прекрасными чернокожими женщинами.
И плевать, что думают по этому поводу другие,
они всегда будут рядом,
они – моё вдохновение
и часть моей жизни,
поэтому они всегда со мной на сцене.
Всегда.
И если вдруг я запинаюсь,
не знаю, что сказать,
или произошёл какой-нибудь «косяк» у группы, 
 и я потерялся в композиции,
то мне достаточно просто повернуться и посмотреть 
 на моих прекрасных сестёр,  всё сразу же встает на свои места.
И уж потом группе лучше собраться и начать играть,
а не то я могу стать как James Brown 
 и уволить всех к чертовой матери.
Мои живые выступления - это способ выразить себя.
В Детройте я предпочитаю делать их более личными, откровенными.
Когда-нибудь я позволю себе подобное в турне,
но пока считаю достаточным 
 делать мои выступления более скромными.
 Да, мои концерты могут быть очень пугающими,
потому что это – настоящий я, и это правда.
Но сейчас мне нравится давать концерты в Детройте,
для своей небольшой аудитории, 
которая со мной уже долгое время, и я этим доволен.
Для тех, кто ни разу не видел тебя живьём, 
 не мог бы ты описать немного своё выступление.
Ты говоришь «пугающие»,
 это звучит несколько загадочно.
«Long Hot Sexy Nights», «Freaky Motherfucker», и прочее,
они как раз об этом?
 Какой у тебя райдер?
По райдеру на сцене обязательно должна быть кровать.
Обязательно должна быть простыня перед ней,
потому что у меня нет законного разрешения делать то, что я делаю на сцене.
Так что повесьте простыню,
 чтобы никого не вводить в заблуждение.  
 Я просто притворяюсь, скажем так.
Но это не значит, что я притворяюсь всегда.
В каком-то смысле, мой концерт имеет блюзовый оттенок.
Можно даже сказать, экстравагантно блюзовый.
И в жизни я делаю всё то же самое. 
Если я играю пластинки, 
 то ждите от меня ничего подобного.
На сцене я люблю исполнять то, 
 что ещё не было издано.
Более-менее вокальные композиции. 
 Я не говорю, что я отличный певец,
и запевать как Beyonce я не умею. 
 В основном я просто говорю.
Но говорю правду.
Даже если мне и кажется это в какой-то степени блюзовым.
Мне не обязательно уметь петь для того,
чтобы поделиться с вами своей атмосферой. 
Если вы готовы услышать мою историю, 
 то великолепное шоу вам гарантировано.
Если вы ожидаете, что я буду попадать в ноты,
делать это вовремя, и так далее,
то для вас это будет лажовый концерт. 
 Вы будете его ненавидеть.
 Но не ради этого я выхожу на сцену, а ради правды.
Выступление может длиться около часа,
плюс прекрасные женщины на сцене.
Со мной группа из трёх, иногда пяти человек,
роль перкуссии выполняет драм машина,
иногда на перкуссии стоит Andres,
Melanie на клавишных и гитаре, 
 я порой тоже бью по клавишам. 
Andres это DJ Dez, верно?
Andres это DJ Dez, Slum Village, Dilla и так далее.
Он играет на перкуссии.
Иногда Amp (Fiddler) тоже выходит на сцену,
но он обычно появляется везде, где только может.
Что касается группы, которая со мной выступает, 
 то это очень неизвестная группа,
 за пределы Детройта они не выезжают.
Но они отлично знают материал,
и мне с ними комфортно.
Я не люблю брать их
куда бы то ни было.
Они вроде твоей подружки,
и ты должен быть в меру эгоистичным, и не распыляться
каждый раз перед всеми подряд.
Думаю, мир и мои слушатели довольны тем, что я играю
или издаю, и это то, что я могу сейчас предложить.
Что касается живых выступлений, то в данный момент я устраиваю их не ради денег,
а ради собственного удовольствия.
Я люблю попрыгать на сцене,
подурачиться, и за это мне никто не платит.
Это вроде отличной репетиции,
и не более.
И мне не нужно думать о том, 
 что в зал может вломиться полиция и повязать меня.
Я могу позволить себе дурачиться за простынёй 
 и ни о чем не думать.
Ты когда-нибудь попадал в неприятности в других странах?
Конечно, а как ты думаешь?
Тебе запрещали въезд в какие-нибудь страны? 
 Техас. Мне запрещено появляться в Техасе.
Лучше держаться подальше от Канады,
знаете, как там обстоят дела со всем этим.
В Канаду мне путь закрыт.
И лучше не появляться в Техасе тоже.
Ты говоришь, что не играешь 
 изданные вещи на своих живых концертах,
но я был однажды на твоем выступлении, и все кричали: 
 «Shades Of Jae», «Black Mahogani».
Этого никогда не случится. 
 Я могу наиграть что-то на клавишных,
но вы, засранцы, уже слышали всё это по миллиону раз.
 устал от этого.
И с большой долей вероятности, до момента релиза композиции, до того, как она попадет в руки покупателю,
она мне уже чертовски надоест.
Это правда. 
 Не значит, что я больше никогда не буду её играть,
но лучше не ждите этого от меня.
И всё же, у тебя есть несколько релизов, 
 ставших настоящей классикой.
Многие годы ди-джеи по всему миру играют их. 
 Можно сказать, особый случай послушать что-нибудь из них сейчас.
Ты устал от постоянных просьб сыграть «Shades Of Jae»? 
 Потому что сейчас я хотел бы её поставить.
Никогда, никогда не устану от подобных просьб.
Повторюсь, можете просить меня о чём угодно, 
 но это не значит, что я буду удовлетворять все ваши просьбы.
К тому же, меня не так часто просят поставит что-нибудь.
Думаю, люди понимают, 
что если я приношу с собой пластинки в ваш клуб,
поверьте, среди них нет ничего, 
что было бы выпущено на лейбле KDJ.
Исключением могут быть неизданные вещи.
Я могу принести с собой что-нибудь из неизданного,
 и даже могу сыграть ту или иную пластинку, но только для того, 
 чтобы, скажем, проверить на ней уровень низких частот.
Я до сих пор считаю себя фанатом музыки. 
 Возможно, самым большим на свете.
То есть, знаете ли вы, 
 как много на свете настоящих талантов?
А вместо этого я должен стоять на сцене 
 и играть своё дерьмо?
Такого не будет. Слишком много талантливых ребят вокруг.
Вот чувак.
Передай он мне свой диск с 14 композициями,
то я лучше сыграю одну или две из них,
чем поставлю что-нибудь своё.
Потому что с большой долей вероятности,
все вы здесь, большинство из вас, пускай не все 100%, 
но так или иначе вы уже слышали мои песни, а его – нет.  
И если мне попадается что-то более-менее стоящее, 
 думаю, будет правильно этим поделиться с вами.
Иначе кто это сделает, если не я?
Вы уже слышали моё дерьмо, 
 возможно даже купили пластинку.
Она больше не нуждается в рекламе.
А этот чувак, да кто знает, какая у него ситуация?
Если он записал хорошую композицию, 
 и она мне понравилась, то я непременно сыграю её.
Мне не важно, откуда он, где живет сейчас,
есть ли эта версия на виниле, 
 или это компакт-диск – я сыграю ее.
И сыграю в первую очередь.  
Что ж, я уже слышал эту композицию раньше, но здесь могут быть и те, кто с ней не знаком, так что давай сейчас послушаем её.
Мне пришлось купить ещё одну копию, 
 потому что первую я заиграл до дыр.
Она односторонняя, и это твоя вина.
Сейчас мы послушаем её, а потом вы сможете задать свои вопросы.
И так, «Shades Of Jae».
music: Moodymann - Shades of Jae 
 Я знаю, у ребят для тебя есть вопросы, Kenny.
Кто хочет задать вопрос Kenny Dixon?
Знаю, их будет немало, не стесняйтесь.
Подождите, сейчас вам принесут микрофон.
Привет. Во-первых, хотел спросить, что ты такое пьёшь, потому что не могу разглядеть отсюда бутылку?
Это ещё одна моя любовь – мы пьем Hendog, Hennesy.
Но обычно я предпочитаю коньяк Remy Martin VSOP,
очень непросто достать здесь у вас.
Это Hennesy, коньяк, который очень популярен в Детройте. 
 Так что сейчас я пью Hennessy.
  Клёво. Ты рассказывал, как вы слушали много европейской музыки,
 музыки,  которая была написана не чернокожими,
и вы не замечали никакой разницы.
О том, как думали, что Kraftwerk это четыре чёрных чувака, и так далее.
Как это возможно?
Или ты имеешь ввиду, что они 
 обладают такой же проникновенностью, характерной для чёрной музыки?
Вспомните, что сами Kraftwerk говорили о том, 
 что хотели быть похожими на James Brown.
Нам было всё равно, откуда они были, 
просто не придавали этому значения.
Радио ди-джеи знакомили нас с новой музыкой.
 Поймите, если бы Mojo сегодня был на радио,
и если бы большинство станций того времени до сих пор существовало, 
 то вы могли бы без проблем отнести к ним свою кассету,
и если бы ди-джею понравилась ваша музыка, 
он бы обязательно поставил её в эфире.
Его целью было впечатлить своих слушателей. 
Радио ди-джеи в моё время понимали ответственность за свой город,
они чувствовали его, и были его неотъемлемой частью.
Сегодня радиостанции принадлежат различным компаниям,
они не обязательно находятся в вашем районе или даже городе, и им глубоко плевать на то, что вы думаете по этому поводу.
Такая сегодня у них политика.
Ди-джеи в наше время могли чувствовать наш город, настроение его жителей,
и они чувствовали то, что мы хотели услышать.
 И никто не мог за них решать, что ставить в эфире.
Я родился в черном городе,
редко можно было встретить белого человека.
Естественно, в 8-9 лет я был уверен, 
 что весь остальной мир был тоже чёрным.
Белых людей я мог увидеть по телевизору, 
 или когда они приходили за задолженностями моей семьи,
это правда.
Ты говоришь Kraftwerk. 
 Да они гремели на весь Детройт.
Не в Атланте или каком-то другом месте.
Почему-то именно в Детройте они были встречены особенно горячо.
Не знаю, как это объяснить.
И когда мы узнали, что они были 
 из другой страны, нам было всё равно.
А если честно, то всем уже было на это наплевать – 
город начинал идти ко дну.
Ты вчера хорошо провёл время? 
 Привет, меня зовут Moises, я из Тихуаны, Мексика.
Ты часто говоришь о том, как твоё окружение 
 отражается в твоей музыке.
То есть, психология твоего города, его ментальность.
Как ты думаешь, действительно важно для музыканта
уметь уловить этот момент и передать его в своей музыке?
Я не думаю, что это важно.
В моём случае, у меня не было другого выбора,
город был частью моей жизни, 
 которую невозможно было игнорировать.
Есть люди, вечно переезжающие 
 в поиске благоприятных для себя условий.
Скажу честно, это выбор каждого человека.
Что касается меня, думаю, у меня не было выбора.
Мне было некуда ехать, не было денег, 
чтобы сменить место жительства.
Ко мне по-прежнему приходят засранцы коммунальщики,
 по-прежнему разделяю все невзгоды своего квартала, 
 и всё это останется частью
моей музыки, и мне этого никак не избежать.
Иногда вы можете услышать голоса людей на моих записях,
или как кто-то в момент записи хлопает чертовой дверью.
Микрофон включен, и всё идёт на запись.
Иногда я вырезаю эти моменты, иногда нет. 
 Зачастую, я оставляю всё, как есть,
возможно, как-то изменив или сделав из них семпл.
Но если кто-то вдруг позвонил по телефону, постучал в дверь, шум людей за окном – всё это чистая случайность.
И я просто оставляю всё так, как оно есть.
Это дело каждого.
Лично для меня, то, что происходит вокруг, всегда будет частью
моей музыки, ведь это часть моей жизни.
И не мне было выбирать, 
 сами обстоятельства сложились таким образом.
 Просто это всегда останется частью моего творчества.
У тебя там СD или футболка?
CD? Отлично! 
 Спасибо!
Ты правда играл на барабанах в клубе своего деда?
Умоляю, мужик. 
 Я был отстойным барабанщиком,
и меня быстро попёрли оттуда.
Ты из музыкальной семьи?
Мой отец сильно повлиял на мой музыкальный вкус,
долгое время он был музыкантом в Детройте.
И, как и 95% всех музыкантов, 
 он не добился признания.
Забросив музыку,
он стал вечерами играть просто для себя, 
 не желая больше лезть в музыкальный бизнес.
Даже мне он посоветовал как-то забить на всё это.
Вообще, он своеобразный человек.
Он уверен, например, 
 что здесь мне приходиться продавать себя,
и это правда.
Однажды я поехал всего лишь в Атланту, 
 и он сказал мне:
«Да пошли ты этих засранцев куда подальше». 
 Такое у него отношение.
Но мне не понять его мир, он вырос в 50-е и 60-е годы,
и его правила мне больше не подходят.
Он думает, что белые люди от дьявола,
что они украли идеи музыки blues и rock-n-roll - 
таков его взгляд, и это правда
Но у меня другой взгляд на мир.
Возможно, у ваших предков и были рабы, но это не значит, 
 что вы сегодня мыслите теми же категориями.
Он же со мной не согласится.
Так что, да, я из музыкальной семьи.
Мой дед владелец джаз клуба,
он не пускает туда никого моложе 55-ти, 
 и лично проверяет на входе паспорт.
Мой отец немного другой формации,
и наши взгляды могут сильно отличаться.
Сейчас мы с ним не особо ладим,
но этому мешают его убеждения, опыт и жизненная ситуация.
Да, я стащил все его пластинки,
ну и хрен с этим, всё равно они были ему не нужны.
С этого всё и началось.
Я рос далеко не в самых благоприятных условиях, 
 не всё было радужным тогда.
Мой отец не был неудачником, 
 просто он играл паршивую музыку,
а это – уже другая история.
И поверьте, лучше вам никогда не слышать, 
 как я играю на барабанах.
В клубе меня посадили за установку, чтобы впечатлить моего деда,
но меня очень быстро оттуда выперли.
Привет.
Я приехал из ЮАР, меня зовут Julian.
Ты очень гордишься Детройтом,
и мне интересно было бы узнать твоё отношение к Африке.
Ты чувствуешь уважение к своим корням, 
 и как это повлияло на твою музыку?
Скажу честно, я никогда не был в Африке.
Моё представление об этом континенте
основано на книгах, которые я читал, статьях в газетах, и так далее.
Это наша родная земля,
но мне также нужно считаться с моей ситуацией
на данный момент, с тем, что меня окружает.
Я отношусь с уважением к любому цвету кожи,
для меня это не имеет значения.
Моему поколению приходится взаимодействовать со всеми людьми.
То есть, в коробке с мелками 
 для меня не существует любимого цвета.
Что касается Африки,
то для меня это, безусловно, Родина.
Я не могу отрицать, что всё, что я делаю – 
 это отражение африканской крови во мне, моих корней,
поколений до меня.
Но на деле мне приходится иметь дело с Детройтом
и тем, что я вижу каждый день.
И когда я уезжаю, к сожалению, 
 мне всё равно приходиться иметь дело с реальностью.
Африка не является для меня в такой степени реальностью,
как эти ребята, сидящие передо мной, 
 они для меня сейчас реальность.
Я всячески поддерживаю Африку,
 это мой второй дом.
Это мой дом, так же, как и твой.
У тебя есть для меня CD?
Я должен послушать, что пишут мои братья.
Всё, конец, я могу бежать?
Как ты, мужик?
Я тоже приехал из ЮАР.
Кажется, ты очень придирчивый парень,
скажи, что значит для тебя достойная запись?
Лучшим ответом на твой вопрос будет «я не знаю».
Мои уши решают за меня.
Но, к сожалению, они не могут много говорить,
они могут только слушать.
Они решают в этом случае.
Хорошая пластинка, в моём понимании, это всегда,
в первую очередь, хорошая музыка.
Остальное для меня не имеет значения.
Вы были бы потрясены, увидев мою музыкальную коллекцию –
пластинки со всего мира, различного цвета и года издания.
Всё там.
Но единственным критерием для меня 
 остаётся алфавитный порядок,
больше меня ничего не интересует.
Ничего, кроме страны происхождения.
Остальное не важно.
К сожалению,
 здесь в Европе, мою музыку принято классифицировать,
как techno или house,
но мой отец или люди, которые меня хорошо знают,
были бы этому сильно удивлены.
Но спасибо за хороший вопрос.
Последний вопрос, Moody.
Назови своего любимого исполнителя.
Каждый день он разный.
Скажем, год назад в июне я бы сказал, что это Michael Jackson.
Конечно же, это Prince.
Miles Davis.
Слушайте, умоляю вас.
Ответ на этот вопрос может меняться ежедневно 
 в зависимости от обстоятельств и настроения.
Сейчас я могу назвать с десяток имен,
но к концу недели это уже будут 
 совсем другие исполнители.
У меня очень переменчивое настроение, 
 также как и мои музыкальные предпочтения.
Сегодня я могу прийти домой 
 и послушать всю дискографию The Doors,
а завтра залипнуть на TI. 
 И мне будет по барабану.
Это правда.
Мой кругозор в этом смысле очень широк.
Та же самая история у меня с женщинами – 
 сегодня мне нравятся чернокожие женщины,
а завтра это могут быть снова чернокожие женщины.
Но иногда я могу переключиться и на мулаток.
Это непростой вопрос. И тут так много переменных. 
 Каждый день что-то меняется.
 Спасибо за невероятно проведенный вечер, Kenny Dixon.
Я бы хотел, чтобы вы тоже поблагодарили мистера Moodymann
и всех, кто сегодня нам помогал. 
 Спасибо вам, милые дамы,
спасибо Mahogani.
Перевод: Артём Синицкий 
 При поддержке Wax.Ninja
